Он прекрасно видел, как Лена волнуется, поэтому предпочел молчать, чтобы случайно не сболтнуть лишнего — пусть она сама решит, как его представить.
— А ты чего не в школе до сих пор? — строго спросила она.
— Тетрадку забыл, — отмахнулся Саша. — А ты почему не на работе? Всех преступников пере… — осекся, встретив испепеляющий взгляд матери.
Елена готова была прибить его прямо на месте. Если Алексей узнает правду… Но он, по всей видимости, не придал значения сказанной фразе, и тогда Зимина поспешила перевести тему:
— Знакомься, это Леша, мой друг, — пояснила она.
— А это Саша, мой сын, — обратилась уже к Хабарову.
Конечно, он рассчитывал на большее. Но, с другой стороны, как можно было одним словом охарактеризовать их отношения? Кто он: любовник, любимый мужчина, жених, в конце концов? Пожалуй, друг — не самое плохое звание.
— Рад знакомству, но мне, к сожалению, пора, — Алексей пожал Саше руку и, подмигнув Елене, скрылся в прихожей.
Московская область. БО «Васильки»
Еще не до конца проснувшись, но уже чувствуя уютные мужские объятия, Романова мечтательно улыбнулась и теснее прижалась к Тимуру.
Все было настолько правильно и привычно — ее нога, лежащая на его бедрах, сильные руки, так заботливо сжимающие ее плечи — будто так было всегда и они каждый день просыпались вместе.
Ирина открыла глаза и ласково посмотрела на спящего мужчину. Впервые находясь так близко, она с невероятным трепетом изучала его лицо, заново открывая для себя уже знакомые черты: идеальный контур губ, россыпь мелких морщинок вокруг глаз и еле заметный шрам на переносице.
Безграничная нежность заполнила ее до краев. Не сдержавшись, Ира едва ощутимо провела ладонью по небритой щеке, невесомо касаясь колючих волосков самыми кончиками пальцев.
— Имей совесть, — сонно пробормотал Громов, отозвавшись на ее щекочущие прикосновения.
Этой ночью он очень плохо спал. Сжимая в объятиях самую желанную женщину в мире, слушал ее мерное дыхание и постоянно просыпался, проверяя, не исчезла ли она. А сейчас, ощущая на себе вес ее тела, Тимур совершенно не хотел открывать глаза, ему было слишком хорошо и спокойно.
Время словно остановилось, позволяя в полной мере насладиться ее близостью.
— Ты не спишь! — притворно возмутилась Ира, но руку не убрала, наоборот, продолжила скользить пальцами по его щекам.
— Поспишь с тобой, — беззлобно проворчал Громов и, повернувшись к ней лицом, разомкнул веки.
Под его обожающим взглядом она покраснела, миллионы бабочек в груди захлопали крыльями.
