И что вы мне предъявите? У меня такие связи, что, убей я вас в здании суда, отделался бы легким испугом.
Ира нервно сглотнула, сомневаться в его словах не приходилось.
Управляющий прошел за стол, открыл один из ящиков и, достав два документа, вернулся на место.
— Вот это, — он положил перед ней бумаги. — Ваш контракт. Я готов разорвать его, если вы подпишете здесь.
— Что это?
— Брачный договор.
Ира мельком взглянула на свой контракт, она прекрасно помнила тот момент, когда подписывала его, полностью доверившись Тимуру.
Затем взяла другие бумаги. Руки тряслись, но Романова старалась сконцентрироваться исключительно на тексте, отбросив посторонние мысли. Но чем больше она вчитывалась, тем больше осознавала, на какую жизнь себя обречет, если подпишет этот договор. Она станет практически бесправной рабыней, однако сейчас ее положение было не лучше. Дочитав до конца, Ира отложила документы в сторону и взглянула на Адольфа Михайловича.
— Что будет, если я не соглашусь? — дрогнувшим голосом спросила она, хотя догадывалась, что такой вариант вряд ли его устроит.
— Естественно, я не буду вас принуждать, я же давал слово, — пообещал Бушин и перечислил ее перспективы: — Вы будете работать, как и все здесь, не имея никаких привилегий, и лишитесь моего расположения, безусловно.
— Я могу подумать?
— Можете, до завтра.
— Хорошо, я могу идти?
— Ирина Алексеевна, — окликнул он, и Романова обернулась. — Надеюсь, этот разговор останется между нами.
Она лишь молча кивнула и вышла за дверь.
Москва.
Управление уголовного розыска
Получив втык от начальства за проваленную операцию, Дымов вернулся в свой кабинет в отвратительном настроении. Он ненавидел работать под чьим-либо руководством и с трудом уживался с начальниками. Только с Зиминой ему удалось более-менее найти общий язык, да и то не сразу Стас смирился с тем, что именно она стала начальником ОВД, а не он."
"Так и сегодня, стоя на ковре в кабинете генерала, Дымов еле сдерживался, чтобы не вставить пару ласковых слов, и все-таки сумел совладать с эмоциями.
В конце концов, его оправдания не имели никакого значения и по сути Виктор Викторович был прав — преступников упустили, улики не добыли, а уж кто в этом виноват, не так важно.
Стас сел за стол и открыл ноутбук. Весь день он искал информацию по Байдину Глебу Аркадьевичу, коллеге Зиминой и по совместительству любовнику их общей начальницы, но, как назло, ничего, кроме положительных характеристик, не находил — ну просто мечта, а не сотрудник.
