Он вышел за дверь, а Ира вновь опустилась на подушку. Настигла расплата за слабость — голова раскалывалась на части. Известие о встрече Тимура с Кариной не радовало, но и накручивать себя она не собиралась. У нее не было причин не верить своему мужчине, да и сил на душевные копания не осталось никаких. Прикрыв глаза, Ирина отбросила мешающие мысли и попыталась уснуть.
Тула. Квартира Куликовой
Вылив последний половник теста на шипящую сковороду, Таня поставила грязную кастрюлю в раковину и заполнила ее водой до краев.
Ловко перевернула блин лопаткой и выключила газ.
Утром ее разбудила сигнализация автомобиля, стоявшего где-то под окнами. Куликова проворочалась пару часов, но заснуть так и не получилось, она встала, сходила в душ и принялась готовить завтрак. Вместо привычных бутербродов и яичницы решила испечь блины. Хотелось порадовать Стаса чем-то вкусным в благодарность за вчерашний вечер. Этот поход в ресторан, первый за все время их отношений, надолго отложится в памяти.
Таня давно не выбиралась в подобные заведения, не было времени — и она, и Петя очень много работали — а когда оно все-таки появлялось, уже и желание пропадало, поэтому маршрут больница-дом-больница оставался неизменным.
Но Стас внес в ее планы на жизнь свои коррективы. Приоритеты сменились, и теперь Куликова не стремилась задерживаться на работе, наоборот, уходила раньше, чтобы не опоздать на поезд, искала с ним встреч. И даже успела привыкнуть к его непростому характеру, но вчера Дымов приятно удивил ее своим вниманием.
— Ста-ас! — громко позвала она из кухни.
— Уже здесь, — раздался голос за спиной.
— Как ты меня напугал! — воскликнула Таня, развернувшись.
— Не бойся, утром я безобидный, — иронично произнес Дымов.
— Давай садись, завтракать будем.
Стас послушно опустился на стул и стал наблюдать за тем, как его женщина хозяйничает на кухне: расставляет тарелки, приборы, разливает чай. Шелковый халат мягко струился по телу, выгодно подчеркивая изящные изгибы.
Осознав, что под ним ничего нет, он не сдержался и, резко притянув ее к себе, усадив на колени.
— Стас, — возмутилась она и лукаво улыбнулась.
— М? — Дымов зарылся носом в ее волнистых волосах.
— Блины, — напомнила Таня и попыталась вырваться из объятий, но его руки надежно удерживали ее.
— Какие блины? Я тебя хочу, — горячий шепот обжег щеку, распространяя по телу волну мурашек. Она не могла сопротивляться его натиску, попросту не хотела.
