Лене, как и любой другой женщине, было чертовски приятно осознавать, что ее хотят, что один только страстный поцелуй так быстро заводит мужчину.
Когда воздуха в легких почти не осталось, Алексей отстранился и, тяжело дыша, посмотрел в затуманенные страстью глаза.
— Кажется, мы перегнули с романтикой, — хрипло произнес он, приведя в норму учащенное дыхание.
— Угу, и певец из тебя так себе, — попыталась отшутиться Елена, но голос ее предательски дрожал.
Возникшая неловкость мешала нормальному общению. Убрав со стола и загрузив грязную посуду в посудомоечную машину, Лена попрощалась с Алексеем и отправилась в свою комнату.
Приняв отрезвляющий душ, забралась под одеяло и прикрыла глаза в надежде на отдых, но сон упрямо не шел. Покрутившись пару часов с боку на бок, она сдалась и, открыв глаза, начала внимательно рассматривать потолок. Но крамольные мысли упорно атаковали голову. Жгучий поцелуй окончательно свел ее с ума. Воображение выдавало разные картинки, вспыхивающие одна за одной.
Вот он целует ее, требовательно, жадно сминая губы и чуть покусывая их зубами, спускается к шее, трепетно ласкает грудь.
Кровь мгновенно прилила к низу живота, и, глухо простонав, Елена непроизвольно сомкнула бедра.
Терпким поцелуем снова вонзается в ее губы, страстно, настойчиво. А руки блуждают по распаленной коже, проворные пальцы безошибочно находят самые чувствительные уголки ее тела.
Не выдержав острого напряжения, Лена вцепилась руками в простынь и, почувствовав, как лоно становится влажным, поджала под себя ноги.
Собрав всю волю в кулак, резко зажмурилась, пытаясь отогнать безумные фантазии. «Нет, это невозможно…» — пронеслось в голове, и она, медленно поднявшись с постели, вышла из спальни, чтобы выпить воды и немного проветриться.
Московская область. БО «Васильки»
Вечер давно вступил в свои права, и зажглись многочисленные фонари, освещая территорию базы со всех сторон. Тимур ждал управляющего у ворот, нервно вышагивая из стороны в сторону. Бушин давно должен был появиться, но по неизвестным причинам задерживался.
Погода стремительно портилась. Откуда-то с северо-востока наплывали тяжелые тучи, готовые вот-вот разразиться настоящей грозой. Сверкнула молния, озаряя пространство вокруг ярким светом, и через несколько секунд послышался первый раскат грома.
Тимур поежился от резкого порыва ветра, пробиравшего до костей. Наконец раздался громкий сигнал автомобиля, ворота открылись, и серебристый «Ауди» въехал на территорию базы.
