В погоне за бурным сексом

Но ведь подруги и раньше знали от самой Ниночки, кто ей одолжил денег на цех гобеленов. Так что ничего принципиально нового они не услышали. А вот то, что врагов в профессиональной сфере у Ниночки не было, этой позиции Аркадия Григорьевна держалась твердо.

— Какие враги? Конкуренты, что ли? Так дело это для нашей страны новое. Доход не абы какой. И ни одной другой фирмы, кто бы занимался этим же делом, я не знаю. Ковры ткут многие, это да. И из Турции везут, и из Бельгии, и даже из Китая и Индии. А вот гобелены, да еще на заказ, никто не делает.

— Может быть, какие-то трения внутри коллектива? Скажем, среди уволенных сотрудников?

— Внутри коллектива у нас все спокойно, — заверила Аркадия Григорьевна. — Можете мне поверить. Никого из работников Ниночка лично не увольняла. Так что если и были обиженные, так они в первую очередь на меня должны были зуб иметь.

— Личного? — задумалась Аркадия Григорьевна. — А ведь знаете, верно! Были у Ниночки проблемы с одним молодым человеком.

Подруги с надеждой уцепились за этот хвостик.

— Как звали… Как же его звали? Ах да! Игнат!

Тьфу ты! И снова тупик! Про Игната подруги знали уже все досконально. И даже слушать не стали Аркадию Григорьевну. У них на сегодняшний день было еще множество дел. Например, наведаться к родителям Димы и попросить у них телефонную книжку сына, в котором мог храниться телефон его любовницы — Натахи.

Но перед этим подруги заехали к Мане. Она по-прежнему сидела в квартире Ниночки. На улицу не высовывалась, так как страх на нее накатывал волнами.

— То ничего, а то как накатит, дышать невозможно.

Но все же сидеть взаперти было скучно. И Маня попросила, чтобы ей привезли чего-нибудь почитать. Подруги накупили на лотке детективов, любовных романов и несколько инопланетно-заумных книжек известного японца и повезли все это литературное богатство к Мане.

Во дворе Ниночкиного дома все так же стояла машина Игната. Почему-то менты, которые осматривали место происшествия, не додумались выяснить, на чем прибыл Игнат. Впрочем, понятно почему. Ниночка говорить вообще не могла. Мане было не до машины Игната. И сами подруги тоже находились в некоторой растерянности. Одним словом, про машину незадачливого маньяка никто не вспомнил. И она до сих пор стояла на том месте, где ее поставил сам Игнат.