В погоне за бурным сексом

И едва до них дошло, что от них требуется, как они зашевелились. Мужчины оказались со смекалкой. И они живо соорудили из толстенького троса петлю, которую потом начали спускать вниз. К Маше.

Гид сновал рядом и только мешался.

— Какой ужас! Какой кошмар! — приговаривал он. — Что там происходит?

И не он один. Остальные тоже талдычили про ужас и кошмар. Но время от времени над толпой проносился еще один куда более важный вопрос:

— Как это случилось?

Но пока об этом было рано даже думать. Пока что следовало выручить Маню, а потом уже выяснять, какого черта она вдруг решилась немного полетать над пропастью.

Скользящую петлю опустили до Мани. Но девушка то ли была в глубоком шоке, то ли от страха не могла двигаться, но она к ней даже руки не протянула.

— Накиньте ее на нее — и все дела! — подал голос гид. — Как лассо!

— Ага! — буркнул один из водителей. — Накину ей его на шею. И потяну вверх. Вот будет классно! Не разбилась, так задохнется.

— В таких ситуациях обычно появляется психолог.

Кира повернулась к толпе и крикнула:

— У нас есть психолог?

Толпа безмолвствовала.

— Я — хирург, — прозвучал наконец робкий голос. — Может быть, я сгожусь?

— Если не получится с психологией, сгодитесь, — быстро вмешался гид, всем своим видом демонстрируя деятельность.

Кира едва удержалась от желания треснуть этого недоумка по башке и отправить своим ходом вниз. В озеро. Но она была хорошо воспитанной, интеллигентной девушкой. И умела держать свои эмоции под контролем. Вместо этого она повернулась к Ниночке и сказала:

— Раз нету психолога, придется тебе.

— Вывести Маньку из шока.

— Тебе нужно всего лишь достучаться до Маши! А дальше она уже сама сориентируется.

— Но я не знаю, что сказать!

— Просто поговори с ней. Напомни ей о ее близких. Есть у нее близкие?

— Из живых родственников у нее только брат. И муж.

— Про мужа не нужно, — поторопилась ответить Кира. — А вот про брата напомни.

Но Ниночка неожиданно насупилась.

— Я лучше про Кефира ей скажу, — сказала она, помявшись.

— Про кого? — изумилась Кира.

— Про Кефира. Это Манькин любимый конь. Кефир.

— А что такого? Между прочим, родоначальником всей орловской рысистой породы был жеребец по имени Сметанка. Чем Кефир хуже?

— Да хоть про Йогурт говори! — вмешалась в разговор Леся. — Лишь бы помогло!

И ведь помогло. Машка, услышав имя любимого коня, который не переживет гибели хозяйки, мигом ожила и активно задвигала руками. Через несколько секунд ей удалось поймать веревочную петлю.