В поисках любви

Тот и другой отдали бы правую руку, лишь бы заполучить восемьсот акров в самом сердце его владений, тем более с учетом того, что именно на этих акрах располагались все его постройки. – Пойми, Эмма, тот, кто стоит за поджогом, метит не в тебя, а в меня. Ты всего лишь подвернулась ему под руку. Виновным может оказаться любой из тех, кто знает ход последних событий. Видимо, мистер Гриффин и набобзада не делают из него тайны. Подожди немного. Скоро тебе предложат продать землю. Посмотрим, от кого будет исходить предложение.

– Значит, ты полностью отказываешься брать вину на себя?

– Разумеется! Эмма… – Он потянулся к ней, но она в страхе отпрянула.

– У тебя есть оружие? Продай мне пистолет или ружье. Иначе я пошлю человека в Бхопал, а то и в Гвалияр.

– Я дам тебе оружие.

– Нет, продай.

– Не смеши меня, Эмма. Лучше вернись в Парадайз-Вью. Здесь я обеспечу тебе охрану. Тебе опасно оставаться там одной.

– Я не одна. При мне мои слуги. И не подумаю возвращаться!"

"– Кого ты боишься, Эмма? Меня? Или саму себя? – Он подвинулся ближе, заставив ее забиться в угол.

 – Боишься, наверное, что, вернувшись, не устоишь перед соблазном снова спать со мной? Неужели ты будешь отрицать, что я тебе небезразличен?

Ей хотелось оттолкнуть его и убежать, но он ее не отпускал. Действуя руками и всем телом, он прижал ее к стене.

– Выслушай меня, Эмма. Зачем нам враждовать? Тебе всего-то и надо, что призвать свое сердце простить меня. Мы все начнем сначала. Давай попробуем, Эмма! Вдруг у нас получится? Я так по тебе тоскую! А разве ты не тоскуешь по мне? Неужели этого мало?

– Ты знал, что я прибегу, – не сдавалась она, из последних сил сдерживая слезы.

 – Поджигая дом моих слуг, ты, может быть, не хотел меня напугать, а просто решил завлечь меня сюда и снова запутать в свои сети. Не выйдет, Сикандер! Любые твои слова, любые поступки уже ничего мне не докажут. Один раз я тебе доверилась, но больше этого не повторится. Если этот пожар устроил не ты, а твои враги или твои друзья, можешь им сказать, что я все равно не сдамся. Им меня не запугать: я не продам Уайлдвуд и не приползу обратно в Парадайз-Вью. Я остаюсь в Уайлдвуде, и точка. А теперь дай мне пройти. Я сказала все, что хотела. Я ухожу.

Он испытал нестерпимую боль, словно его ударили копьем в самое сердце.

– Для тебя не имеет никакого значения, что я тебя люблю и что ты – первая женщина, которой я это говорю?

Она обернулась. В ее глазах блестели слезы.