В поисках любви

Пол наверняка был земляной, покрытый соломенными или бамбуковыми циновками; Алекс ожидал увидеть анфиладу комнат, вентиляторы-пунках и полотно, натянутое под потолком, чтобы на обитателей не падали сверху змеи, ящерицы, крысы и насекомые.

Перед домом оказалась широкая веранда, увитая ползучими растениями. Из приоткрытой входной двери наружу проникал свет. Алекс надеялся, что бодрствует Тулси, а не мисс Уайтфилд. Айя не стала бы для него препятствием: он бы просто приказал ей лечь спать, после чего вошел в дом и расположился бы в передней.

Сакарам показал на еще одно сооружение, озаренное светом костра, – навес, окруженный с трех сторон стенами, под который уже забрались несколько паттах-валлах.

– Видите то стойло, Сикандер? Хотите, я устрою вам постель там? У саиба должно быть отдельное помещение для ночлега. Я велю остальным заночевать в другом месте.

– Нет, в такой близости от джунглей они тоже не смогут спать на земле, а стойло мало чем отличается от палатки. Только проследите, чтобы всю ночь не затухал костер.

– А где же заночуете вы, Сикандер? Мэм-саиб заняли оба дома, так что места не осталось.

– Обо мне не беспокойся, Сакарам. Со мной все будет хорошо.

В свете факела, который нес Сакарам, его смуглое лицо выразило огорчение и тревогу.

– Но, Сикандер…

– Я же сказал: не беспокойся! И не задавай вопросов. В любом случае я не потревожу ни одну из мэм-саиб.

– Как вам будет угодно.

– Мне угодно так. Спокойной ночи, Сакарам. Желаю выспаться. Завтра нас ждет еще один долгий трудный день.

Слуга проводил Алекса недовольным взглядом. Кингстон преодолел три ступеньки и оказался на веранде. Поставив на пол холщовую сумку мисс Уайтфилд, он открыл входную дверь и просунул голову внутрь. Как и во всех домах Индии, здесь было тесно от индийских, кашмирских и бирманских столиков, табуретов и ширм; тут же вяли папоротники в кадках и висел неподвижно вентилятор-пунках, только не матерчатый, а из полированного дерева."

"Под вентилятором сидела, расчесывая при свете масляной лампы длинные распущенные волосы, мисс Уайтфилд.

Алекс затаил дыхание. В отвороте застегнутого не на все пуговицы халата он увидел верхние полукружья небольшой, но прекрасной формы груди, закатанные рукава позволяли любоваться точеными белыми руками; она сняла не только туфли, но и чулки, так что были видны ее изящные узкие ступни.

Но самое большое впечатление на него произвели длинные, достигающие пояса волосы, мерцающие при неярком свете, как тончайший атлас.