В поисках Оюты (СИ)

— Сейчас будешь учиться!

— Шу! — перепугалась я да так, что голос окончательно на писк сорвался."

"— У меня одна рука, Луиза, второй я пошевелить неспособен. Значит, я буду стрелять во всё, что не мы, а Марк поднимет нашу пташку. Шлюзов здесь уже нет. Нужно просто оторваться от поверхности.

— Но как? — голос Марка заметно дрогнул.

— Подтягивай второе кресло и быстрее, — скомандовал Шу. — Они поднимают свой корабль, видимо, пробили нас и смекнули, что законники в гостях. А моего брата чистильщики не любят.

Я сглотнула и взглянула на перепуганную Оюту.

Дочь немного постояла и, словно опомнившись, принялась покрывать мою покрасневшую и опухшую стопу слоем геля.

А у меня всё в голове не укладывалось, что за штурвалом у нас сейчас окажется девятилетний мальчишка.

— Шу, я могу заменить его, — выдавила из себя, ощущая, как раздражение в горле становится всё сильнее.

— Ты можешь сейчас лечь удобнее и прикрыть глаза, — ровно произнес Шу. — Большего от тебя уже не требуется, Луиза. Не с твоими воспаленными глазами, детка.

Ты уж прости.

Я поджала губы, но осталась на месте. Оюта, принялась нажимать кнопки на сенсорном мониторе капсулы, начиная диагностику.

Время медленно тянулось: минута казалась часом.

Шу что-то тихо, но спешно объяснял Марку. Тыкал здоровой рукой в какие-то графики на полупрозрачном мониторе, а после и вовсе раскрыл перед ним дополнительную панель. Всё это теперь походило на симулятор некой игры.

Только вот игрою всё происходящее не являлось.

Марк поджал губы и утвердительно кивнул, услышав очередную инструкцию от нового отца.

Я напрягла слух, но до меня долетало только короткое мальчишечье «хорошо» и «справлюсь».

Внезапно над головой Шу раздался тревожный сигнал, и развернулось красное голоокно.

Закрыв глаза, я в ужасе услышала четкое:

— Давай и помни — они в нас стреляют, так что не мешкай!

И снова короткое от Марка: «Справлюсь!»

В моей голове всё не могла улечься мысль — за штурвалом ребенок.И тут же память услужливо напомнила, как этот ребенок отбивался от личинок.

И что именно этот малыш пробыл в этом аду явно не одни сутки и сумел сам выжить, и Оюту сберечь.

Моя дочь внимательно считывала информацию с монитора медкапсулы и, взяв в руки шприц-пистолет, умеючи заправила в нее ампулу, что выкатилась в специальный отсек. Я и пискнуть не успела, как Оюта закатала мне укол в предплечье.

В её взгляде совсем не было страха.

— Не волнуйся, ма, он следит за действиями Марка, — тихо шепнула она.