Марвин был задумчивым и чему-то улыбался, и эта блаженная улыбка на его довольной физиономии мне совсем не нравилась.
– А она прикольная, – кивнул Марвин в сторону понтона.
– Ага, – отозвался я.
– И почему я ее раньше в школе не замечал? Наверное, тогда она была для меня слишком мелкой.
– Наверное.
– Сима назвала меня гадким. Никто не называл Марвина гадким.
– Я тебя и похлеще называл.
Макс засмеялся.
– Ты же, конечно, понимаешь, что я имею в виду?
И я, конечно, понимал.
– Хочу перед ней извиниться. Наверное, она теперь обо мне думает что-нибудь неправильное…
– Да нет, все правильно.
– Она тебе нравится? – спросил Марвин.
Этот вопрос я слышал в последнее время слишком часто. Да и сам себе его не раз задавал. Но почему-то не хотелось с Марвиным обсуждать Симу.
– Может, искупаемся? – предложил я.
– Не хочешь отвечать? – Макс, не сводя с меня взгляд, забавно щурился на солнце.
– Жара такая. Думаю все-таки искупаться.
Марвин усмехнулся и первым стянул через голову поло. Я в это время снова уставился на Симу.
Вот к понтону уже подплыли Лилька и Лялин. Сима помогла Лиле забраться на понтон. Затем протянула руку Ляле, но после того, как он что-то негромко со смехом сказал ей, руку отпустила и забавно лягнула друга ногой. Ляля с брызгами повалился обратно в воду.
Когда я снова повернулся к Максу, то обнаружил его в одних шортах. На песке аккуратно лежали сложенное поло, белые «форсы» и новенькие часы «джишок», предусмотрительно прикрытые кепкой.
– Ну ты и пижон, – рассмеялся я.
– В смысле? – не понял Макс.
Я кивнул на разбросанные на песке вещи, которые оставил после себя Ляля. Он сиганул вслед за девчонками в воду, ни секунды не раздумывая."
"– Девушки предпочитают бунтарей, – кивнул я в сторону понтона. Ляля уже, наловчившись, утащил с него за собой визжащую Лилю. А Сима бомбочкой нырнула следом за ними.
– Девушки любят тех, кто знает себе цену, – взъерошив темные волосы, сказал Марвин.
– И тех, кто знает цену им.
– Несомненно, Стах.
До понтона мы доплыли наперегонки.
Никто из нас не хотел уступать, поэтому к финишу мы добрались практически одновременно и оба выбились из сил. Вода оказалась холодной из-за течения, но в такую жару это было даже прикольно. Девчонки уже расположились на старом деревянном понтоне и принялись загорать. Ляля оглядывал старую сломанную вышку, на которой, подплыв ближе, я увидел табличку, предупреждающую о том, что прыгать отсюда запрещено. Сооружение явно находилось в аварийном состоянии.
