В постели с миллиардером

Впрочем, Роберт надеялся, что присутствие Печеньки, способного сделать из любого торжества нечто незабываемое, отвлечет Петра Сергеевича от того, чтобы слишком уж рьяно следить за их с Татьяной Борисовной поведением. Хотя зажать ее пару раз в углу в самой интимной позе на радость гостям, которые тоже наверняка проявят немалое любопытство по отношению к новоиспеченным жениху и невесте, пожалуй, все равно не помешает.

– А грудь у нее какого размера? – продолжал спрашивать Славик, и Роберт, раздраженно посигналив тормозящей впереди него «Ауди», сказал:

– Да не знаю я.

Не разглядывал.

– А, ну да, тебе было на кого еще глазеть, – поддел его Печенька, и Левицкий в ответ только хмыкнул, решив не упоминать о том, что у Татьяны Борисовны действительно неожиданно нашлось, на что посмотреть.

Ему вдруг даже стало любопытно, как она оденется сегодня. Решит снова поразить его своими ногами или чем-нибудь поинтереснее? Или запакует себя с головы до пят в нечто невзрачное? А может, стоило дать ей денег на одежду, чтобы она принарядилась к торжеству? Черт, и как он только не подумал об этом раньше? Наверное, все дело просто в том, что ему это было не так уж и важно.

Главное, чтобы она прекрасно сыграла свою роль, а уж во что она при этом будет облачена – дело, в общем-то, совершенно десятое.

Но когда они с Печенькой наконец дотащились по пробкам до ее дома и Татьяна Борисовна вместе с подругой сели к нему в машину, Роберт, оглядев свою «невесту», все же не удержался от насмешливого комментария:

– Дядюшка намерен жить ещё долго.

– Извини? – не поняла она.

– Ты практически вся в черном, – пояснил Левицкий. – Как на траурную процессию.

– Я взяла для вечера отдельный наряд.

Роберт только брови приподнял, заранее опасаясь представлять, что именно его ждёт. Но на всякий случай предложил:

– Если ты хочешь, мы можем заехать в какой-нибудь торговый центр и купить все, что тебе нужно. Я оплачу.

– Не хочу, – решительно отрезала его «невеста» и Роберт только плечами пожал в ответ на этот категоричный отказ.

После чего наконец вспомнил о том, что за этим весьма занимательным диалогом забыл представить Печеньке свою ненаглядную и Ершову, устроившуюся вместе со Славиком на заднем сиденье.

– Славик, познакомься с моей… Танюшей, – кивнул Левицкий на сидящую рядом «невесту», впервые пробуя ее имя на вкус вот так – сокращённо-ласково, без отчества и прочих ненужных регалий. Это было очень непривычно и, судя по удивлённому взгляду самой «Танюши», весьма для нее неожиданно.