Вконец измученная болезненной потребностью ощутить меня всем телом, она будет умолять дать ей то, что так жизненно необходимо.
И мне плевать, что в процессе борьбы с ней я буду подыхать от мучительной ломки. Я не сдамся первым. Я выиграю. Как всегда это делал. Она получит меня, лишь когда сама признается в том, чего желает. Лишь тогда я дам ей гораздо больше, чем она сможет принять.
Я не оставлю ей выбора и привяжу к себе всеми доступными способами: приручу, зачарую и, в конце концов, просто куплю, но она станет моей новой «счастливицей» и будет ей так долго, как я того захочу.
И стоит мне вновь начать медленно терять сознание от мыслей, как дикарка будет прибегать ко мне по каждому зову и выполнять всё, что я потребую, как на экране телефона загорается оповещение о долгожданном отчёте моего спецагента.
«Досье на Николину Джеймс»."
"Её настоящее имя я выудил ещё в ту ночь от братьев Мэрроу, но сейчас я узнаю о ней всё до конца.
Моя прекрасная дикарка, считай, ты уже попалась.
Вся твоя жизнь до настоящего момента находится в моих руках, и совсем скоро окажется и твоё будущее тоже.
Глава 13
Николина
– Николь? Аууу! Нико-о-оль! Николина-а-а!
Ловкими щелчками пальцев Эмилии всё-таки удаётся вырвать меня из собственных мыслей. А точнее, из беспорядочной путаницы, которую я никак не могу прояснить уже на протяжении нескольких дней.
– А?! Что такое?
– Ты где витаешь? – Эми озадаченно приподнимает одну бровь.
– Нигде! Я тут.
Ты что-то спрашивала? – Отталкиваясь от спинки дивана в просторном зале бутика, сосредотачиваю всё внимание на подруге.
– Спрашивала! Как тебе это? Не кажется ли оно чересчур откровенным для подобного мероприятия?
Я разглядываю, как тонкая фигурка Эмилии, обтянутая бордовым платьем в пол с открытой спиной, кружит возле зеркала.
От вида красной ткани её наряда перед внутренним взором мгновенно начинают мелькать обрывки воспоминаний или обманчивых видений. Точно не могу понять.
Это не просто расплывчатые кадры, что я вижу на мысленном экране, а скорее виртуальный симулятор, в котором я всецело погружаюсь в эпизод, где моё обоняние и возможность осязать обострены по максимуму. Где этот чёрный взгляд, волнующий аромат его кожи, вкрадчивый голос, каждое его малейшее движение и собственническое прикосновение к телу пронизывают меня насквозь электронными разрядами, сотрясают душу и напрочь вырубают здравый смысл.
