Он освобождает меня, но страх перед тем, что я могу вновь попасть в плен его обсидиановых глаз, останавливает мне от того, чтобы обернуться.
– Давай же, посмотри на меня, я вовсе не такой страшный, как ты думаешь, – подначивает вкрадчивый голос, а меня невольно знобит от ощущения его пугающего взгляда, словно от дула пистолета, приставленного к моей спине.
Да что со мной? Я же не трусиха! Чего я боюсь? В этот раз я не потеряю контроль. Не потеряю!
Наконец я разворачиваюсь к нему лицом и, оценивая мужчину настороженным взглядом, осознаю, что впервые вижу его при свете дня.
Уж лучше бы он был страшным…
Затаив дыхание, досконально осматриваю его внешность, что поражает своей противоречивой смесью красоты и мрака. На вид ему не больше тридцати. Твёрдо очерченное лицо, прямой нос, мягкий, чувственный рот и густая щетина на подбородке, что только усиливает его дерзкую мужественность. Но это ещё не всё: из него вновь будто струится невидимое сияние, что порождает иллюзию магнита, завораживающего и притягивающего к себе.
– Вот видишь, я вполне себе безобидный. – Он демонстративно приподнимает руки вверх и расплывается в самодовольной улыбке, от которой желание сладким сиропом распространяется по венам.
Этот наглец прекрасно понимает, как воздействует на меня, но совсем не осознаёт, что тем самым подпитывает мою злость, что неким образом помогает мне удерживать в подчинении импульсивные желания тела.
– Что ты хочешь от меня? – даже не ожидала, что мой голос прозвучит настолько твёрдо.
В прошлый раз кроме стонов меня мало на что хватало.
Улыбка слегка сползает с его губ, а глаза вновь загораются нехорошим блеском, который он в тот же миг умело скрывает за железной маской невозмутимости.
– Я же сказал, что хочу просто поговорить, – бесстрастно произносит он.
– О чём нам с тобой разговаривать? – недоумённо оглядываю его с головы до ног, про себя отмечая, что наши с ним миры находятся в абсолютно разных галактиках.
От него пахнет богатством даже за версту: породистый, холёный, его высокая, статная фигура одета в классический костюм безупречного покроя, дорогие ботинки, золотые наручные часы и идеально гармонирующие с ними запонки, что выдают его высокий статус. На безымянном пальце нет кольца, но я замечаю это не из-за личного интереса о его семейном положении, а исключительно по отработанной в «Атриуме» привычке придавать значение каждой детали внешности мужчин.
