– Одного «прости» тут будет мало, Лина… Ты хоть понимаешь, что ты – единственная, кому хоть когда-нибудь удавалось довести меня до такого края, что я не смог сдержаться и накинулся на человека с кулаками? – его дыхание опаляет мои губы, касается кончика языка, оставляя за собой сладкое послевкусие.
– Ты накинулся не просто на человека, а на своего брата, – тихим шёпотом подправляю я и, не сдерживаясь, задаю ещё один из множество интересующих меня вопросов: – Почему ты соврал мне?
– Я не врал, – твёрдо отвечает Адам и освобождает мне шею, начиная легонько притрагиваться к драгоценным камням на ожерелье.
– Ты сказал, что у тебя нет братьев, а он – есть. Разве это не ложь?
– Общий отец – ещё не значит, что мы братья.
– Понятно, – коротко отвечаю я, замечая новый наплыв негодования в его зрачках. С моей стороны было бы разумно свернуть этот разговор прямо сейчас, но благоразумие и я – определённо вещи не совместимые. – Вы с ним так сильно похожи, что с трудом верится, что у вас разные мамы, – констатирую я, почему-то отчаянно желая узнать больше информации об Адаме, но весь его сочившийся неукротимым желанием вид говорит мне, что сейчас он вряд захочет о многом рассказывать.
– Просто у Роберта сильные гены. Мы оба почти полностью переняли его внешность, унаследовав от матерей лишь самую малость. Вот и всё, – и его скудный ответ лишь подтверждает мои предположения, но я всё равно не теряю надежды выудить ещё хоть что-то.
– Малость? Я бы так не сказала. Твой отец и брат явно не владеют твоей мистической особенностью, поэтому могу предположить, что ты такой благодаря маме… – не успеваю я толком договорить, как тут же приглушённо всхлипываю, когда Адам направляет свои руки, запускающие острое желание под кожу, к моей талии и ниже.
"
"– Хватит! Я же сказал, что сегодня никаких разговоров. Так что заткнись! Или же мне помочь тебе это сделать? – уже в следующие секунды я понимаю, что это был чисто риторический вопрос, потому что способность и дальше выстраивать адекватный диалог быстро утрачивается – он припадает губами к шее, прокладывая линию из поцелуев от сонной артерии за ушко, а руками забирается под платье, накрывает ягодицы своими широкими ладонями, сминает их, поглаживает, раздвигает половинки, преодолевает смехотворную преграду из трусиков и вдруг ошарашивает меня, начиная вводить палец в анальное отверстие, вынуждая меня вскрикнуть и в стремлении остановить эти прикосновения ухватиться за его предплечья.
