В руках насильников. Попробуй выжить!

Медленно повернув голову в сторону, я тихо и жалобно шепчу:

− Мы будем встречаться в тайне от нее? Вы думаете, она не догадается?

Михаил самодовольно смеется, закрыв глаза, а потом произносит, по-прежнему, криво ухмыляясь, и немного откидывая голову назад:

− Я уже говорил, на ее счет не беспокойся, ее это не касается!

Вот ведь, семейка! Не завидую я его жене! Сидит тут, потрепанный крендель, распушив хвост, как павлин, а по-сути, ничего из себя не представляет! Просто обычный старый булочник, который толком и не смог ничего добиться в жизни.

Судя по тому, как они живут, лавка не приносит им много денег. И он сейчас тут сидит передо мной, весь такой “крутой мачо”, скрестив ладони на затылке, отчего его черно-седые волосы разлохматились и встали дыбом.

− Ты будешь моей любимой женой, я всегда мечтал о такой, как ты! − он снова ухмыляется и начинает целовать мое лицо.

Мое сердце обрывается и, с тихим стоном, падает куда-то вниз и разбивается на мелкие осколки… Неужели, мне действительно суждено стать заложницей в этом доме и стать “любимой” женой этого человека? Да уж… Не о таком принце я всегда мечтала!

От мыслей, от тихого, но противного голоска в голове, что мне придется всю жизнь ублажать этого негодяя, который по-сути, принуждает меня к сексу, мне становиться не по себе.

"Уговариваю себя, что я сама согласилась и так становиться легче. Меня не заставляют, я вроде как, сама захотела… Это сделка и он свою часть сделки выполнил, он предоставил мне и моей подруге свой дом, теперь моя очередь выполнить условия! Надо, пусть даже скрепя сердцем, раздвинуть перед ним ножки и пусть этот боров утоляет свою похоть.

Но ощущение опустошенности и досады − не отпускает. Пока Михаил медленно покрывает мое лицо поцелуями, уже наверное, их число перевалило за сотню − в моей голове вертится целый рой мыслей: «Не нужно было соглашаться на эту сделку, ничего хорошего меня не ждет в этом доме… и никто меня не отпустит просто так.

Я, сглатывая ком, застрявший в горле, вновь стараюсь уйти в себя, и отчаянно продумываю план побега. Перебираю все возможные и невозможные варианты, но ничего толкового в голову не приходит…

В груди что-то сильно щемит от понимания, что ничего сделать я не смогу. Было бы куда бежать.