В руках насильников. Попробуй выжить!

Глажу такой родной мне член, вспоминая, сколько оргазмов он доставлял мне когда-то… Разглядываю его и понимаю, что в наших отношениях что-то было реально такое, о чем можно вспоминать с улыбкой и нежностью. Не все было так плохо, как кажется.

Михаил снова стонет, так жалобно и протяжно, а я кладу голову на землю и пристраиваюсь к его члену, начинаю посасывать его, лаская язычком и пытаясь его реанимировать.

Но все мои попытки – не приносят результата. Член Михаила мертв… Грустно это осознавать, но это так.

Вспоминаю, как в последний раз, этот мужчина, вытрахал мое горло, порвав мне рот. Была ведь сила богатырская в его органе, а теперь… Теперь он мертв. Хочется плакать. Михаил не уберег моего ребеночка, не уберег меня, теперь загубил и свое единственное мужское достоинство.

– Ты не достоин его! Ничтожество! – злобно прошипев в сторону Михаила, я продолжаю гладить его мертвый ствол.

Слезы капают из глаз. Это какое-то сумасшествие! Все происходящее со мной – это сложно для понимания! Иногда мне кажется, что я сплю и вижу сон.

Дикий вопль оглашает лес, Михаил дергается и перегородка за спиной слегка рушится.

– Не дергайся! – в ужасе кричу я, – Ты все сломаешь!

– Отвали от меня, тварь! Помогите, кто-нибудь! Уйди от меня, не прикасайся, больная! – кричит Михаил и пытается выкрутиться так, чтобы защитить свой пах, маневрируя головой.

– Ты не достоин его! Ты его убил! Он мертв! – в ужасе кричу Михаилу, – Я похороню его, по-человечески!

– Отвали, кому сказал, не трогай мой член! Очнись, ты же окончательно рехнулась! – снова кричит мужчина и норовит ударить меня головой и сломать преграду за спиной.

Я быстро встаю и вырубаю его шокером. Затем, для верности, вырубаю дополнительно, вторым проверенным методом. Шокер не работает так хорошо, как надо.

Когда Михаил снова приходит в себя, я уже завязываю последние узелки.

Хорошо еще, хоть это нашлось в полезной сумке Михаила. Большой набор всевозможных игл и белые нитки. Не знаю, зачем они ему были нужны, но они очень пригодились нам!

– Подожди… – хрипит Михаил, – Там, в сумке… Пузырек, дай мне его.

Достаю из сумки какой-то странный флакон, довольно приличного размера.