В руках насильников. Попробуй выжить!

Матрос замирает только на несколько секунд, а затем начинает жестко и отчаянно долбить меня. Я уже не могу сдерживаться и начинаю кричать. Он быстро затыкает мой рот кончиком подушки и продолжает драть меня с неистовой силой.

Его руки приподнимают мой таз и с силой насаживают на агрегат, я ощущаю, как два огромных волосатых мужских яйца энергично ударяются и елозят вверх-вниз по моей спине. Мои ноги продолжают лежать на плечах у матроса, а он сам всем своим весом валится на меня сверху.

Я теряю счет времени и не могу отдавать отчет тому, что происходит со мной. Кажется, что я умираю, но все никак не умру. Что-то течет по моим ягодицам и слегка задранной кверху ключице. Может быть, это кровь? А вдруг, он мне все-таки что-то порвал там?

Трудно дышать, но я стараюсь держаться. Когда он наваливается на меня, то боль в ребрах усиливается и легкие обжигает огнем почти также, как и мою прямую кишку.

Он то встает с меня, то снова ложиться, всеми силами стараясь с каждой фрикцией засадить в меня свой член, как можно резче и глубже.

Его руки продолжают сжимать мои ягодицы, которые уже итак достаточно широко раздвинулись, и мое тугое темно-розовое колечко, то полностью расслабляется, то вновь сжимается и судорожно подергивается, пытаясь все еще держать оборону, но уже понимая, что вся эта самозащита – бесполезна.

Вот так спаситель! Обещал освободить меня от экзекуции безумца и в итоге, сам устроил мне настоящую экзекуцию!

Он откидывает подушку в сторону и мой рот снова свободен, но я уже могу сдерживать себя и не кричать.

Матрос наклоняется ко мне и я ощущаю, как с него капает пот на мое лицо. Его нос почти касается моих губ. От него сильно пахнет перегаром, табаком и рыбой."

"– Ты мне нравишься, – шепчет он, – Ты хорошая девушка, я могу тебе облегчить жизнь на этом корабле, будь со мной ласкова и у тебя будет все, что ты захочешь.

Он грубо вытирает о мое лицо свой пот, заставив меня скривиться и полностью сосредотачивается на своем занятии.

Его тело колышется и дрожит, и я надеюсь, что он скоро кончит и оставит меня в покое.

– Пожалуйста, я больше не могу, очень больно, – плачу и умоляю его сжалиться надо мной.