В руках насильников. Попробуй выжить!

Да, может быть, она и заслужила такое наказание, я ведь ее совершенно не знаю!

И тут я слышу этот проклятый голос! Меня снова посещает оцепенение! Словно током бьет от этого проклятого голоса! Как же я его ненавижу!

– Ты грязная! Грязная! Тебя уже нельзя отмыть! Ты бесполезная! Замарашка! – кричит старик и меня словно окунули в чан с дерьмом. В глазах все потемнело и я уже не помня себя, поворачиваюсь к двери каюты старика и иду, держа нож перед собой.

Ненавижу этого ублюдка, я заставлю его освободить эту несчастную и он ничего не посмеет мне сделать!

За дверью разворачивается ужасная картина.

"Старик не замечает, что я стою в дверях. Меня трясет от злости и страха. Я пытаюсь что-то сказать ему, закричать, чтобы он остановился, но от его вида меня снова парализует. Он замахивается и наносит первый удар. Для меня все происходит, словно в ускоренной перемотке.

Свист бича – и свирепые удары обрушиваются на ягодицы, ноги, спину пленницы.

Я стою все в том же оцепенении и не могу вымолвить ни слова! Меня он так сильно не избивал! Боже, что же он творит?! Несколько ударов рассекли кожу и все последующие уже начинают проникать глубже в подкожные ткани.

Девушка хрипит от боли, но уже не так вопит, как раньше. Кровь сочится по телу сперва мелкими струйками, затем, когда он бьет ее по ногам, рассекая вены, кровь начинает бить уже пульсирующей струей прямо в старика.

Узелки-шарики на концах его орудия пыток образуют обширные кровоподтеки, которые быстро превращаются в открытые раны. Очень скоро спина несчастной превращается в сплошное кровавое месиво, с которого свисают длинные полоски кожи.

Девушка уже не реагирует, а просто висит на руках, похоже, что в полной отключке. Я пытаюсь закричать, пытаюсь открыть рот, но как в страшном кошмаре, из меня не выходит ни единого звука.

Мне хочется сказать ему, чтобы он остановился, начать угрожать ножом, который я нашла и держу его перед собой, словно щит.

Старик явно решил убить эту несчастную девушку, он уже определился, что она не подходит ему, повесил на нее ярлык “слишком грязная” для него и не пригодная для утех. И я уже не знаю, смогу ли помочь ей.

Но и оставить все вот так, тоже не смогу. Уже не смогу уйти… Как в тумане, в состоянии аффекта, медленно подхожу к мерзавцу.