В самое сердце

Иначе бы не ответила.

Ярослав поднялся, схватил телефон и решил выйти в коридор, а лучше уйти домой прямо сейчас. Правда, тело немного повело. Оказывается, алкоголь все еще не вышел до конца. Помещение немного кружилось, но это не могло остановить Ветрова. Ведь Настя ответила. Она ответила. Сердце излилось чем-то теплым. Обволокло каждую клеточку, словно зимний шарф. И если это не любовь, то, что же тогда.

Написал он, набравшись наглости. Пока шел, налетел на какую-то девушку, которая улыбнулась во все тридцать два.

В коридоре ноги Ярослава все же подвели, и он едва не упал. Пришлось опереться об стенку. Потолок кружился, но Ветров решил — это от переизбытка эмоций.

Телефон пиликнул и Ярик просто не смог сдержаться. Залез на подоконник в пустом холле. Из открытого окна задувал морозный январский ветер. Людей не было, зато доносилась музыка. В воздухе витал запах алкоголя вперемешку с табаком.

Ярослав вновь перечитал длинное сообщение Насти. Мозг работал плохо, и на самом деле, хотелось услышать ее голос. Позвонить бы или получить голосовое. Однако это точно будет слишком нагло. Ведь Калашникова еще не сказала, что простила.

Ветров отправил сообщение, а у самого пальцы дрожали. И нет, не от холода. Но на экране тут же отразилось прочитано. Улыбка скользнула на лицо Ярослава. Как же давно он не видел от Насти весточки. И вроде она так далеко, но сейчас казалось ближе любого в этом баре.

Ярослав перечитал и подумал, что он, откровенно говоря, флиртует с Калашниковой. Стало немного страшно. Вдруг она обидится. Но тут же появился карандашик.

Ветров растерялся. Да, он, в самом деле, был пьян. И если уж совсем честно, то очень даже пьян. Поэтому просто не понял, обидел Настю или же нет. Что она хотела сказать этим сообщением. Однако однозначно точно знал Ярик и другое — он не готов заканчивать их диалог.

Ярослав вдруг разозлился. Ему захотелось сказать все, что накопилось.

Эта ночь для Насти была особенно тяжелой. Впервые она спала одна. Вроде дома бабушка оставляла ее ни раз, но почему-то так одиноко не было. Чувство это просто проникло под самую кожу, сжало там каждый орган и не давало спокойно дышать.

Настена и на один бок легла и на другой. А сна ни в одном глазу. Зато воспоминания яркими вспышками начали мелькать. Да такие красивые, нежные, упоительные, что горькие слезы покатились с глаз.