В самое сердце

Пробормотал сонно:

— Настен, ты куда, — а затем снова провалился в царство морфея.

Во второй раз пробуждение случилось более реальное. Позвонила мать. В отличие от будильника эта женщина была настойчивей, и упорно добивалась своего. Пришлось все же ответить. Разговор, правда, не особо сложился. Банальное как дела, не болеешь, не забыл за кредит. На последней фраз Ярослава спешно сообщил, мол занят и сбросил вызов.

Потом вновь плюхнулся на кровать и только теперь осознал, Насти рядом нет. В воздухе все еще витал ее запах, а губы пересохли от многочисленных поцелуев.

Ветров тут же подскочил, обшарил кухню с ванной. Никого. Ушла выходит.

Наверное, если бы так приключилось с любой другой девушкой, то и не заметил бы. А сейчас стало обидно. Могла бы разбудить, или лучше вообще не уходить.

И тут перед глазами, словно вспышкой мелькнуло лицо Калашников. Их ночь. Ее стоны. Ярик сам не понял, как начал улыбаться.

Он у нее первый. И почему не подумал об этом? Она ведь вся такая скромная, тихая, робкая.

Надо было как-то иначе что ли, свечи там и всякая романтическая ерунда. Но разве сообразишь в порыве страсти. Когда желания берут вверх над разумом, не остановится.

Ярослав схватил сотовый, набрал номер Насти. Думал, поругается, что она убежала от него, а потом решил, наоборот спросит как дела. Ведь ночью ей было больно. На самом деле, у Ветрова никогда не было девственниц. Он, конечно, предполагал, что это не особо приятно для девушек, но, чтобы настолько… Захотелось как-то подбодрить Настю, сделать ей подарок или носить на руках целый день.

Трубку Калашникова не взяла. Но через пару минут прислала сообщение:

На радостях Ярик шмыгнул в душ, побрился, до легкой щетины, обдал тело чистотой, затем еще духами пшыкнул. Даже одежду выбирал минут десять, все думал, оценит ли Настя, понравится ли ей. Потом плюнул, мужик он или нет. Это девушек должны по одежке встречать, а парней по поступкам.

До универа доехал быстро, долетел считай. По пути зашел в кофейню, взял чай облепиховый для Калашниковой, а себе капучино.

На десерт два круассана с нутеллой. К тому времени, как он попал на факультет востоковедения, шла перемена между второй и третьей парой. Вернее, остаток перемены, буквально каких-то десять минут и начнется пара. Ярослав спешил, хотелось все же увидится до занятий. Поцеловать, обнять, спросить о здоровье. А вдруг ей вообще ходить больно? Всякое ведь может быть.

На втором этаже Ветров замедлил. Куда идти дальше.