Его рука выводит размашистую подпись на обоих экземплярах, и я позволяю себе рассмотреть его чуть дольше, чем следовало бы: слегка отросшие волосы, изгиб бровей, линию губ. Мне до сих пор непонятны причины, логика и мотивация, но даже это, чёрт возьми, не делает его чужим.
Видимо, я слишком долго молчу, даже когда процедура уже завершена, потому что вместо меня продолжает следователь. Он забирает экземпляр уведомления и аккуратно укладывает бумаги обратно в папку.
Саша смотрит исподлобья, а я сжимаю пальцы в кулаки, глядя в сторону стены с картиной.
Коротко бросив: «До свидания», обхожу стол и направляюсь к выходу из переговорной, стараясь не слишком торопиться, но и не мешкать. Ощущая покалывание между лопаток, капли пота вдоль позвоночника и напряжение в шее и плечах — словно кто-то держит меня на прицеле.
Секундой позже за спиной захлопывается дверь — Степурин и следователь идут следом.
На повороте коридора появляется ассистентка Светлана. На её лице всё та же отработанная улыбка, но слова долетают до меня сквозь вату:
— Если возникнет необходимость, я провожу вас на первый этаж.
— Спасибо, мы сами, — отвечает вместо меня Иван. — Всего доброго.
Через минуту мы с коллегами спускаемся в лифте. Закрывшись в металлической коробке, я позволяю себе отвернуться и выдохнуть. В зеркальной стене отражается бледное лицо и потерянный взгляд. Нижняя челюсть сведена, потому что я до сих пор не разжала зубы.
Степурин обменивается со следователем короткими фразами, деловито обсуждая рабочие моменты.
Их слова сливаются в ушах в неразборчивый фон.
Моё молчание не вызывает подозрений — я и в обычной обстановке не стремлюсь вступать в беседы с Иваном.
В голове отстранённо проносится мысль: справилась, справилась. Но радости нет. Вместо удовлетворения от выполненной работы — чувство, будто меня опустошили. Выжали в ноль.
34.
***
Путь от выхода до служебного автомобиля я преодолеваю в кратчайшие сроки. Всё это время не покидает ощущение, что за мной наблюдают из того самого панорамного окна переговорной.
Иван разваливается на заднем сиденье, широко расставив ноги, из-за чего наши колени невольно соприкасаются.
В другой раз я бы резко его одёрнула, но сейчас слишком вымотана, чтобы ввязываться в перепалку — и просто отворачиваюсь к окну, пытаясь разложить случившееся по полкам, хотя прекрасно понимаю: этот беспорядок в мыслях… он — надолго.
Машина трогается с места, плавно вливаясь в поток. Я смотрю на город, не моргая.
