— Что ещё мне можно? — продолжает напирать с вопросами. — Выбирать вместе коляски и пелёнки? Привозить витамины? Держать за руку, когда страшно?
— Всё это можно.
Я вскидываю подбородок в тот момент, когда Саша отстраняется от моего плеча, и наши взгляды встречаются. Его — колет, почти печётся. Мой… не знаю, что в нём.
— Замуж тебя тоже позвать можно? Или ты какую-то другую роль для меня определила?
Это не выглядит как романтическое предложение, но романтика — это не то, что подходит нашим отношениям.
Несмотря на спонтанность, которая толкала меня на встречи с Сашей, где-то подсознательно я давно чувствовала: как бы мы ни притворялись, что эти встречи — не свидания, между нами всё равно что-то строилось.
Летом, у реки, он сказал, что хотел бы видеть меня своей женщиной. Сказал об этом без шуток. Как умеет — прямо. Иногда, чтобы двум людям быть вместе, не нужны грандиозные поступки. Только желание. Компромиссы. Достаточно просто этого захотеть.
Нервно сглотнув, я черчу взглядом линии по красивому мужскому лицу.
Азарт и эйфория — это то, что сейчас кипит у меня внутри, ускоряя пульс и заставляя напряженно вибрировать грудную клетку."
"— Можешь попробовать позвать, — машинально выпаливаю. — Но учти, что у моего отца на тебя целое досье, и он вряд ли будет рад такому родству.
— Меня это не пугает. У меня на него тоже есть.
Я невольно улыбаюсь, сгребаю ворот белоснежной рубашки в кулаки и притягиваю Устинова ближе.
Его лоб бодает мой, дыхание греет, губы задевают, дразнят, а затем захватывают мои в требовательном поцелуе. Это совершенно точно про признание, про шанс и совместные планы.
И один из таких планов уже намечен на ближайшие выходные: мы едем знакомиться с моими родными.
56.
***
Из-за плотно завешенных штор сложно понять, который сейчас час, но по ощущениям — раннее утро, потому что спать хочется адски.
Пробуждение приятное, особенно когда мужские губы начинают покрывать моё тело, съезжая с груди к лобку, пока язык не погружается в меня глубоко и точно, заставляя выгибаться и жадно хватать воздух.
Саша ласкает меня уверенно, напористо, скользнув ладонями под ягодицы. Бёдра подрагивают от нарастающей волны наслаждения.
Мои пятки упираются в его плечи. Грудь высоко вздымается.
Я зажмуриваюсь, поддаваясь каждому движению, растворяясь в прикосновениях, выгибаясь навстречу его рту и сминая простынь в кулаках.
