В связи с особыми обстоятельствами

Да и, кроме того, обнаружив попытку отхода якобы недвижимого раненого вместе со своим сопровождающим, противник враз просечет и то, что оставшиеся в лесу люди играют какую-то свою собственную игру.

Вот так всегда получается: кому-то приходится шагнуть вперед первому, принять удар противника на себя, дав возможность товарищам выполнить поставленную задачу. И каждый раз, глядя в глаза товарищам, выходившим вперед из строя, Алексей испытывал какое-то щемящее чувство вины перед ними. Да, он и сам стоял на их месте, и ему были хорошо знакомы те ощущения, которые переполняли каждого, кто нашел в себе силы сделать первый шаг.

Рискуя собственной головой, совсем иначе воспринимаешь окружающую действительность. На тебе и только на тебе лежит вся ответственность за то дело, которое ты взялся выполнить. А в том случае, когда вот так в надвигающуюся темноту уходят твои товарищи, ты каждый раз ловишь себя на мысли о том, что что-то не успел им сказать, чем-то поделиться, дать какой-то совет, который именно вот в этой ситуации и позволит уцелеть в бою.

Насколько проще быть обычным диверсантом: есть ты, есть твои друзья, стоящие рядом. Есть поставленная задача, которая должна быть выполнена. На твоей стороне выучка, опыт, внезапность нападения.

Но вот становясь командиром, взваливаешь на свои плечи неизмеримо большую задачу! Не просто принять решение на атаку или отход, не просто самому перебежать туда или сюда и прикрыть огнем товарища. В какой-то момент именно от тебя и ни от кого более зависит судьба твоих товарищей и подчиненных.

Ты и никто другой принимаешь решение – кто встанет в атаку первым или ляжет на рубеже, прикрывая отход основной группы. И всю жизнь перед тобою будут стоять лица тех, кого ты отправил в бой…

– Обстановка следующая, товарищи… – Алексей обвел взглядом весь свой небольшой отряд. – Лес окружен. Он и так-то не шибко здоровый, так ещё и выходов отсюда немного. И все они плотно перекрыты немцами. Уйти просто так нам не дадут. Кто и как нас предал, трудно сказать. Павленко? Может быть.

Но дело сейчас не в этом. Противник знает, что мы здесь. Этот самый «лесоруб» – немецкий шпион. Не стану скрывать, их основная задача – взять меня живым. Но и с вами никто церемониться не станет, вы им попросту не нужны. В том смысле, что живыми не нужны. Возьмут меня – перестреляют и остальных. Вот такая у нас с вами диспозиция.

– Так что ж теперь делать, товарищ командир? – нахмурился Огузов. – Просто так помирать? Оружие у нас есть… запросто не дадимся.