В связи с особыми обстоятельствами

Еще звук, на этот раз металла. Что там внизу происходит?

Снова шаги, теперь удаляющиеся. Действительно уходят.

Приподняв голову, он увидел отходящего от дома немца. Не офицер, а рядовой солдат. Чуть слева нарисовался еще один, поднялся из густой травы, закидывая карабин за спину. А где же лейтенант? Вон он, справа встает и вешает автомат на плечо. Это что же выходит, их действительно всего трое, что ли?

Действуют немцы грамотно, сказать нечего: пока один полез осматривать подозрительное место, двое других прикрывали его и заодно смотрели за тем, чтобы кто-нибудь ненароком не пальнул ему еще и в спину.

Чувствуется выучка, не первый день эти ребятишки по лесу ходят. Все правильно, мужики: в развалины ведет след, он же от развалин и уходит. Наверняка, преследователи, прежде чем забираться в дом, срисовали и тот, и другой. Точнее, по одному следу они пришли, а второй заметили уже на подходе. Именно поэтому заходивший в развалины солдат не швырнул перед этим туда гранату: знали, что никого уже нет. Но раз положено проверить подозрительное место – солдат туда пойдет. И прикрытие ему будет организовано по всем правилам. Немцы – одно слово…

А сейчас они потопают вслед за Копытовым. По примятой траве невозможно определить, один человек тут шел или два. Вот если бы отделение прошло, тут вопрос другой. А в данном случае протоптанная дорожка только показывает на то, что тут кто-то проходил, и было этих людей немного. Раз уж эти следопыты втроем за нами наладились, так знают, что большого количества беглецов тут попросту быть не может.

Идите, мужики, идите. А как вы в лес войдете, появится у вас нежданный провожатый. Вы хоть парни и глазастые, однако ж, подобного фортеля, наверняка, не просчитали. Не устраивали же вам до этого таких фокусов, так и сегодня с чего бы вдруг беглецов на такие штуки пробило. Так что скатертью вам дорожка, дорогие товарищи!

Капитан мягко спрыгнул на землю. Не стал лейтенант тут шума поднимать, постовым по шее не дал. Мягко говоря, лопухнулись они здесь, прозевали, как у них под носом русские прошли.

Не стал следопыт в развалинах конкретно рыться – и напрасно, между прочим! Если бы он вовремя просек, что народ не просто сюда заходил, а еще и сидел какое-то время, вполне могли у их офицера возникнуть подозрения: а какого рожна, спрашивается, русские в этом месте потеряли? И вполне он мог прийти к такому выводу, что русские здесь не столько чего-то такое выглядывали, сколько подслушивали.