В связи с особыми обстоятельствами

Было тихо…

Быстро нырнув в люк крайнего танка, Ракутин достал из вещмешка фонарик (покойному часовому принадлежал). Осмотр много времени не занял.

Легкий танк – Алексей его неплохо успел уже изучить. Даже и водить пробовал, хотя выходило это не очень.

А вот стрелять – это уже другая песня! Пушку он более-менее знал и мог зарядить-разрядить вполне успешно. Даже и навести. Вот попасть… ну, да снарядов можно не жалеть! Да и стрелять будем не с километровой дистанции – почти в упор.

Осмотревшись в башне, Ракутин проверил орудие.

Автоматическая пушка двадцатимиллиметрового калибра – для дома хватит. Приготовив орудие к стрельбе, капитан полез вниз, на водительское место. Повозившись немного, перевел дух. Всё, можно ехать.

Вот тут по телу пробежала легкая дрожь. Стоит только завести двигатель – и обратного хода уже не будет, всполошившиеся немцы просто так это не оставят. Кто-нибудь из спящих танкистов уж точно вскочит и быстро сообразит, что все камрады рядом и танк завел кто-то посторонний. И завертится карусель…

Ну и что?! Знал же, на что идешь? Так не нуди!

Выдохнув, Ракутин врубил двигатель.

Вот, что ни говори, а механики из немцев первоклассные! Движок схватился сразу, словно этого только и ждал. И с места танк тронулся неожиданно легко.

Вот водитель из Алексея оказался хреновый – соседний грузовик от столкновения уберечь не удалось. Не Бог весть что, но задел его танк основательно – машину, аж в сторону повело. Правда, танк (ну, ведь танк всё-таки!) из подобной ситуации вывернулся легко, и, похоже, что ничего себе серьёзно не поломал.

Отыскав на щитке тумблер, Алексей зажег фару – стало лучше видно. Хоть понятно куда едем…

Прокатившись по улице метров сто, Ракутин притормозил.

Первым снарядом он промазал – и тот улетел неведомо куда. А неча спешить… не подгоняет же никто! Второй лег уже удачнее – близким разрывом вынесло стекла в окнах. А вот третий и последующие…

С дома снесло крышу и вывернуло наружу всё содержимое. Уж кто бы там нынче ни ночевал, его пробуждение приятным теперь не назовешь…

Развернув башню, капитан выпалил остатки снарядов по стоянке – там тотчас же что-то рвануло.

Вверх взметнулись языки огня.

Обрадовавшись этому, он перезарядил пушку – и добавил ещё. Заодно и в длинный дом, расположенный около стоянки, вкатил десяток снарядов. Вспомнилось, как туда немцы заходили, наверняка ведь и там кто-то из них ночует. Домик-то был явно не жилой, а значит, и местного населения в нём быть не могло.