В связи с особыми обстоятельствами

Две пули в бок – как он ещё жив-то до сих пор?

– Лихо! Мне теперь что – застрелиться надо для достоверности? – хмыкнул Алексей.

– Не надо. Дом окружен, уйти не выйдет всё равно. Тебя убьют при отходе… а всё, что тут уже произошло – наилучшее подтверждение подлинности бумаг. За фальшивки так не бьются.

Так… Ракутин прикинул обстановку. Выходит, вся операция, с самого начала была ловушкой? Чуяло сердце… И засаду сделали правильную, окажись на его месте обыкновенные курьеры – националисты уже потрошили бы их карманы.

Не рассчитали малость, субчики-голубчики – не на ту дичь капкан поставили. Волка ловили, а попался кто-то, куда, как более серьёзный… Росомаха или вовсе – тигр! Ну, пусть и не тигр, но уж точно – не волк!

Впрочем, в тонкости животного мира потом вдаваться станем. Если сможем.

Сейчас основная задача – уйти…

Пакет этот, будь он неладен…

Хорошо сказать – «обеспечить достоверность попадания», а как? Взятое с тела убитого связного – убедительно. А подобранное просто в коридоре?

Подобранное, подброшенное… нет, не пойдёт.

Не бросит связной такие бумаги. Пока живой, не бросит.

– Комиссар, ты как там – жив пока?

Присел снова Алексей перед особистом, голову его приподнял.

Всё, отмучился Кипелов, ничего более сказать не сможет. Ни совета какого дать, ни подсказать чего…

Но и от мертвого от него польза есть, вернее, будет.

Вытащил Алексей из кармана спички, да и подпалил конверт драгоценный. Подержал его, давая огню более-менее разгореться… и уронил. Да так неудачно, что попал конверт в лужицу крови, что натекла на пол с бедра особиста.

Зашипел огонь, с кровью соприкоснувшись. Да и капитан слегка конверт наклонил, чтобы огонек дальше не пошёл…

Вот теперь – совсем другое дело! Ранило связного, понял он, что копыта вот-вот отбросит. А документы отдать некому – не пришли за ними люди доверенные. Но и оставить их просто так – тоже никак невозможно. Один выход – сжечь бумаги секретные, дабы противнику они не достались.

Но не удержала ослабевшая рука пакет, выскользнул он, да на пол, в лужу кровавую, упал.

И не сгорел…

А где же всё это время второй связной находился? Отчего на помощь товарищу не пришёл?

Но кто сказал, что это был связной? Охранник то был, не по чину ему в бумаги секретные нос любопытный совать. Караулил он товарища своего, дабы не подобрались к нему враги злокозненные. И на первый этаж именно потому и спустился, чтобы вход в здание перекрыть. Поскольку делать на втором этаже нечего, не осталось там живых злодеев.