В теле пацана. Книга 2. Взрослые игры

— Касание, — объявляет мастер уже не так радостно. — Изабелла, соберись.

Девушка поднимается нервозно. Злая, как собака. Но сама уже не лезет. Атакую, не давая опомниться! Раз удар! Отбила! Второй! Отбила! Третий! Уже едва — едва! Четвёртый хитрый пропускает чисто из — за моей высокой скорости. Но я не бью по животу, подныриваю и бью наотмашь снова по заднице!

Очередной вскрик. Зрители посмеивается. А я иду на неё вновь!

Изабелла отступает, в глазах страх. Но я двигаюсь быстрее, чем она предполагает, и снова луплю по ягодице.

Отступаю, давая сполна прочувствовать, боль.

— Три один, — объявляю промежуточный результат. — Но мы же до десяти касаний, так ведь? Ты же обещала зрелище.

Оппонентка сглатывает слюнку, глядя с опаской. Все слова в ответ куда — то улетучились. Соски тоже уже не стоят, не до возбуждения однако… На тренера бедная бросает умоляющий взгляд. Но тот лишь пожимает плечами.

— У тебя хорошие шансы, соберись, — говорит ей мастер, приободряя.

"Народ уже откровенно посмеивается. А я вдруг понимаю, что Мелонин и сам бы не прочь выпороть эту сучку. Потому что она всех достала.

Включаю режим на уничтожение. И иду вперёд. Первый удар она отбивает, а от второго шпага её улетает чуть ли не в толпу. Увы, ручонка всё же слабая. Луплю по ягодице с размаха. Визжит звонко! Но рыча дальше, хватает инвентарь и мчит на меня. Отбиваю и луплю ещё! Пятый удар по той же булке.

А у неё взгляд уже такой жалобный, выражение лица, будто она тужится бедная.

Очередным молниеносным выпадом достигаю цели, хлестнув уже по второй ягодице. Надо отдать должное, Изабелла не решается просто сдаться, бьётся до конца. И следующие четыре удара она принимает на ягодицу, с каждым разом визжа всё сильнее. При этом толпа хохочет всё громче.

И вот, Изабелла, получив последний раз по заду, вскрикивает уже с душераздирающим криком.

— Десятое касание, лордеса Изабелла, благодарю за стойкость, — говорю не без сарказма.

Ни слова в ответ. Побитая девица выпускает бессильно шпагу на пол, закрывает ладонями порозовевшее лицо и спешно удаляется. Уже из толпы услышал, как она пытается сдержать прорывающиеся рыдания.

— Победил профессор математики, господин Кристиан, — объявляет Мелонин официозно.

Зал взрывается аплодисментами уже по — взрослому.