В теле пацана (книга 7)

А ещё у них двое деток, с которыми няньки сидят. Мальчик лет пяти и девочка трёх.

Ну вот и всё. Подружка моя никуда не улетела с Вита, но я всё равно её потерял.

Пока не видит моей оторопевшей рожи, решил ретироваться и больше не появляться в её жизни. Так, по крайней мере, она будет думать, что мне нет до неё дела. И я совсем по ней не страдаю.

Музыка оборвалась резко, обнажая лёгкий гам. В этот самый момент глашатай, как долбанный, сука, предатель на весь бальный зал и объявил:

— Господа! Позвольте представить! Властитель мира и спаситель Великого плато Вита, собственной персоной император трёх королевств Захребетья Кристиан Везучий!!

Вот же загнул, придурок.

— Бальное платье сваргать из своей чешуи, срочно, — прошипел я на подругу, подхватывая её под руку.

— Это какое? — Замешкалась Айлин.

— Вон примеров сколько, — киваю на барышень. — Быстрее, милая. Выручай.

И действительно ведь смогла под аханья толпы сотворить целое чудо, которое вышло очень эффектно. Прямо сверху обрушилось красочное апельсиново–голубое платье, как пена морская, преобразуя мою спутницу из конькобежки в принцессу.

С косами, конечно, палево, но уже поздно.

— И улыбайся, счастливо улыбайся, — шепчу через не шевелящиеся губы с наклеенной улыбкой.

И уже вижу, как Ольви на пару с супругом поднимает взор на нас. Да с таким удивлением смотрит, будто мертвеца увидела.

Эх, когда–то она по мне плакала. А теперь ей нет дела.

Но я улыбаюсь. Мне тоже нет дела. Я вообще сюда по другому поводу прибыл. Так, прогуляться с моей новой пассией.

Гилинг подорвался суетливо и поспешил навстречу, сияя. Ольви поднялась следом, ей гость любезно стул отодвинул. При том, что муж вообще об этом забыл.

Архитектор растёкся прямо сразу, аж противно. А перед Айлин вообще затушевался, как школьник. Жаль, Ольви не увидела его первой реакции.

Няньки с детьми подтянулись. Гилинг, заикаясь, представил крошек, те засмущались, особенно пацан. А девочка вообще закапризничала и отвернулась с нянькой.

— Это величайшая честь для Градира, — выпалил архитектор, не отрывая взгляда от моей новой подружки.

Ольви подтянулась, наконец, с явным удивлением рассматривая по дороге необычную пассию. Наши взгляды встретились. В этот самый миг в моей башке пронеслись картинки нашего первого интима. Не всех прочих, а именно первого безбашенного секса. Самого волнующего, щекотливого, незабываемого. Где я творил… она вытворяла. Голая балерина, шпагат, сквирт. Невозможно забыть эти стоны, безумные крики.

Проморгал всё.