В темном-темном космосе

– Лучше не надо. – Карнер по-свойски присел на краешек стола. – Наделите их человеческими качествами, покажите читателю, что эти инопланетяне – не важно, одна у них голова или пять – испытывают чувства, которые нам понятны. Пусть они радуются и страдают, совершают ошибки и сбиваются с пути. Абсолютное зло давно вышло из моды.

– А их вождь – можно его сделать законченным злодеем? – не унимался юноша, торопливо записывая каждое слово Карнера.

– Думаю, да, – глубокомысленно протянул Карнер. – Но и у него должна быть мотивация.

Кстати, когда возьметесь за такой материал – обзорного типа, – не вздумайте сбрасывать со счетов проблемы инопланетян. Скажем, у них двадцатимиллионная армия – так ведь каждого солдата надо накормить. Если правители пятидесяти разбросанных по космосу звездных систем слетаются на тайный совет, не забывайте о том, что все они говорят на разных языках и у них разное устройство нервной системы. Да и с позиций логики нападение на Землю не слишком обоснованно: кругом уйма планет, зачем завоевывать именно эту?

Парень в роговой оправе робко кивал, продолжая судорожно строчить.

Эдди подавил зевок. Ему больше нравилось представлять отрицательных героев абсолютными, законченными злодеями. Так их описывать гораздо легче. И вообще, все это ему страшно наскучило…

Карнер отвечал на вопросы еще полчаса. Не надо, убеждал он студентов, изображать Венеру как «опутанную джунглями влажную зеленую преисподнюю». И никогда, никогда в жизни не пишите, что Луна «рябая», «испещренная оспинами» или «покрытая шрамами от вековых метеоритных бомбардировок»…

– Все это уже сказано, – объяснял он.

 – Миллионы раз. Выкиньте из головы все эти клише. Хватит уже называть красное пятно Юпитера «злобным багровым глазом», и кольца Сатурна вовсе не обязательно сравнивать с нимбом, и не путайте, наконец, венерианцев с венецианцами…

– Это все типичные ошибки, – подытожил профессор. – А теперь задание: к следующему разу жду от каждого из вас по тысяче слов.

Выберите любую планету и опишите ее – только свежо, без упомянутых мной клише. На этом все.

– Ну, как тебе? – спросил Морт в коридоре. – Классный мужик, правда? Я имею в виду – свое дело знает.

– Я не буду ходить на этот курс, – внезапно принял решение Эдди.

– Что? Это почему?

– Знаешь, – сказал Эдди, – я не понимаю, почему нельзя называть пятно Юпитера «злобным багровым глазом». Я так и написал в рассказе месяц назад, и мне понравилось.