В тихом омуте

Свекровь меня сегодня едва ли наручниками к себе не приковала. Уверена, что и завтра то же самое будет. Даже к родителям не отпустит, вдруг я им пожалуюсь?

   - Что значит, не отпустит? Я тогда сама за тобой приеду и заберу тебя в город. Что за домострой? Ты что, у них в услужении?

   Подругу Юля любила, но найти у Милки понимание в отношении её замужества и семейного уклада, было невозможно. Поэтому Юля не стала вступать в дискуссию, спорить, пообещала позвонить утром и решить, когда она уезжает.

Мила в ответ на её неопределённые речи вновь возмущённо пофыркала, но на этом они и простились. Обе знали, что каждая осталась при своём мнеңии.

   На следующее утро прибыли новые постояльцы на заселение, и Юля,конечно же, никуда не уехала. Занималась своими обычными делами,только не переставала оглядываться на мужа,когда тот оказывался рядом. Сеня казался обычным, спокойным, вот только с ней общаться не спешил. А свекровь, улавливая напряжённость между ними,которая всё никак не остывала, нашёптывала Юле успокоительные слова, гладила её по голове и уговаривала оставить мужа в покое,и сосредоточиться на своих, женских, обязанностях.

И всё, в конце концов, наладится.

   - Доля у нас такая женская, - говорила она невестке, – терпеть. Ты сейчас взрослеешь, мудреешь, вот и мучаешься. Переждать надо.

   А у Юли не находилось слов, чтобы поспорить или возмутиться и поступить так, как хочется ей. Правда, проблема заключалась в том, что как ей хочется поступить – Юля тоже не знала.

Устроить скандал, бросить всё и уйти, поставив точку? Может быть, мятежница и гордячка где-то глубоко внутри именно этого и хотела, но Юля никoгда не давала этим чертам своего характера брать верх над рассудительностью, ответственностью и разумом, поэтому боялась обострить ситуацию до откровенного конфликта. Поэтому молчала, чего-то выжидая,и на автомате выполняя надлежащие обязанности.

   Ближе к вечеру вдруг поняла, что Сеня уже некоторое время не попадается ей на глаза.

Заглянула в спальню, обошла дом, но мужа нигде не нашла. И тогда спросила свёкра, который на кухне смотрел футбол, попивая чай с баранками.

   Николай Васильевич даже глаз от экрана телевизора не отвёл, равнодушно ответил:

   - В магазин отъехал.

   Никаких объяснений Юля не дождалась, а Арсений не вернулся ни через час, ни через два. Наступил вечер, близилась очередная тоскливая ночь, а мужа дома не было.