В тихом омуте

Потом догадываться начала, но смутно так, я до этого с Клавдией и не общалась, на улице если только здоровалась, а она меня и вовсе не замечала. А врач мне бумагу протягивает и говорит: вот, мол, не обессудьте, оңа имя вашему мальчику дала. Я как в бумаги-то посмотрела, меня аж оторопь взяла. Я и имени-то такого отродясь не слышала. А бабка у нас хитрая да ушлая была, царство ей небесное, видно немало врачу-то заплатила. В общем, меня никто не спросил. А я как из роддома выписалась, ребёнка в руки и к ней. Говорю: что же вы, мол,такое делаете? Кто вам право дал мальчишке жизнь такими именами коверкать?

   Надо сказать, Юля настолько заслушалась, что даже о еде позабыла.

Смотрела на Ольгу Викторовну во все глаза,и к реальности её вернул лишь смешок Игната, что сидел напротив. Он эту историю явно слышал далеко не в первый раз и привык посмеиваться над превратностями своей судьбы, которые обрушились на него, едва он успел появиться на свет.

   Юля отвлеклась на его смешки, но затем сама поторoпила Ольгу Викторовну:

   - А она говорит: пришла, посмотрела, настоящий он Тетерин.

И звать его должны Игнат. Дань,так сказать, предкам.

   Юля моргнула раз, другой. Решила уточнить:

   - А кто из предков с таким именем был?

   Ольга Викторовна плечами пожала.

   - Да кто ж знает? Баба Клава и в том возрасте уже странной была, себе на уме. Но спорить я не стала. Она одна Игната признала, Тетерин говорит. Мне и полегчало.

   - Мама, - негромко одёрнул мать Игнат, а затем на Юлю посмотрел и вроде как решил сменить тему, обсуждать законность своего рождения он явно не желал.

- Напутала что-то бабка с именем.

   Юля в сомнении пoтерла кончик носа.

   - Не могла она напутать, - воспротивилась она. - Баба Клава жила прошлым, а не настоящим. Уж про такое она бы не напутала.

   - Значит, придумала. – Игнат недоверчиво фыркнул: - А то пришла, на младенца посмотрела и что-то там увидела!.. Глупости всё это.

   - Не говори так, - попросила его мать. Протянула руку и по волосам его погладила.

– Любила она тебя. Одного тебя любила.

   Игнат вдруг вздохнул в нахлынувшей тоске.

   - Знаю. Жалко, что не увидел её перед смертью, за день до моего приезда умерла.

   - Так никто не ожидал, - развела Ольга Викторовна руками. – Какой черт её дернул на второй этаж идти? Οна уж лет десять как спаленку себе на первом оборудовала, на второй ей стало тяжело подниматься, а тут её наверх потянуло за каким-то лешим.

   - Да не за лешим, - снова вздохнул Игнат.