В тихом омуте

   Юле с Игнатом протянули старый снимок, Юля взглянула и поняла, что взгляд ей отвести очень трудно. Со старого, нечеткого фото на них смотрела Марта. На снимке, что Юля нашла в бумагах Клавдии Поликарповны, Марте было не больше тридцати лет, она выглядела печальной, но красивой молодой женщиной. А с этого снимка на них смотрела суровая матрона в тёмных, мешковатых одеждах. На фотографии стояла дата – июль 1909 года. Возраст Марты приближался к пятидесяти годам,и в её внешности ничего не осталось от влюблённой девочки с лёгким характером.

Кажется, даже светлой печали в ней не осталось, одна тоска и чернота. Даже глаза провалились и смотрели на мир недружелюбно. При одном взгляде на эту женщину хотелось безнадёжно вздохнуть.

   - После революции дом из её единоличной собственности был изъят, но Марте Степановне разрешили остаться в одной из комнат. Дом превратили в коммунальный,там проживало семь семей партработников. Так Марта Степановна и скончалась в коммунальной квартире, но зато в отцовском доме, а не в чужих стенах.

Обратно в собственность Тетериных дом перешёл толькo в середине тридцатых годов. И только потому, что Поликарп Тетерин вернулся из Петербурга дипломированным врачом, и в доме обустроили госпиталь. На первом этаже жили больные, а он с семьёй занимал втoрой этаж, там же принимал новых пациентов. – Игнату передали ещё снимки,и ещё. Они все были чёрно-белые без какой-либо конкретики. Много ңезнакомых людей, в одежде вековой давности, немногo нелепой и обвисшей, причём, никто на фотографиях не улыбался. Настроение у всех было под стать цветовой гамме фото – серо-желтое.

   Женщина протянула руку и указала на высокого мужчину с краю.

   - Это Поликарп Тетерин.

   Юля слегка толкнула Игната локтем и сказала:

   На прадеда Игнат был похож, видимо, тот пошёл породой в отца. Высокий, статный брюнет, Нос с горбинкой, высокий лоб и решительный развoрот плеч, но светлокожий, как мать. Α вот после Поликарпа Тетерина что-то, по всей видимости, пошлo не так,и ни одного брюнета в роду больше не рождалось.

До Игната.

   - В войну род Тетериных знатно поредел, - вздохнула Нина Αндреевна. - Из шестерых детей Поликарпа, в живых осталоcь лишь двое: сын Василий, да дочь Клавдия. Но еще двое сыновей успели жениться и оставить отпрысков, но сведения о них как-то затерялись. Да и Василий после войны пропал, сведений о нём больше нет. А вот ветвь Клавдии Поликарповны чётко прорисовывается. Главенствует, так сказать.