В трущобах Индии

Видя свое намерение понятым, он не захотел показывать, что боится своего странного посетителя.

— Вы говорите, без сомнения, о моих поступках? — спросил Сердар. — По моему личному мнению, я такой же человек, как и другие… поведение мое самое обыкновенное, поверьте мне. Вместо того, чтобы вести со мной открытую, честную борьбу, вы два раза устраиваете мне засаду, из которой я выбрался благодаря не зависящим от вас обстоятельствам… Так вот, я пришел к вам с целью открыто предупредить вас, что я держу жизнь вашу в своих руках, что мне достаточно сделать один знак, произнести одно слово, чтобы через двадцать четыре часа вы перестали существовать… И если вы по-прежнему будете оценивать мою голову на вес золота, натравливать на меня подкупленных убийц, то я, клянусь честью дворянина, сделаю этот знак, произнесу это слово…

— Вы дворянин? — воскликнул сэр Вильям, пораженный этими словами.

— Точно так, — отвечал Сердар, — и такого же известного рода, как и вы, хотя не знаю ваших предков.

— Мы считали до сих пор, — отвечал губернатор, пораженный этими словами и достоинством, с каким они были сказаны, — что имеем дело с самым обыкновенным авантюристом, с которым мы и поступали сообразно этому, но могу вас заверить, что с сегодняшнего дня будет отменено приказание, — на Цейлоне, по крайней мере, ибо власть моя не распространяется на материк, — которое оценивает вашу голову в известную сумму. Что касается Кишнаи, то ему будет дано знать, что все сказанное между нами не имеет больше значения.

Поступая таким образом, губернатор находился, вероятно, под влиянием приятного впечатления, какое Сердар, производил обыкновенно на всех, кто видел его близко и говорил с ним; быть может, также он вспомнил приговор, произнесенный над ним членами общества «Духов Вод», и думал, что великодушие его поведения заставит изменить исполнение приговора, произнесенного над ним.

— Человек, о котором вы говорите, не в состоянии больше получить уведомление о перемене ваших намерений.

— Я имею возможность сообщаться с ним, когда пожелаю, и сегодня же вечером…

Он не успел кончить, Сердар отставил кресла, скрывавшие того, кого он все время принимал за предводителя тугов, и, указав на него, сказал:

— Можете сейчас тут же передать ему свое поручение. Вот он!

Сэр Вильям вскрикнул от ужаса при виде трупа туземца.

— Вот, — продолжал авантюрист, — что делает Сердар с изменниками и негодяями, которых посылают против него.