В трущобах Индии

Раз он уехал, они становились хозяевами пещер, потому что о Нана-Сагибе бесполезно и говорить; принц жил один в той части пещер, где Сердар приготовил для него помещение, пил только воду, курил все время гуку и не мог стеснять наших двух авантюристов, которые дали себе слово кататься как сыр в масле за время отсутствия Сердара. Они в тот же день принялись за исполнение своего намерения. Было уже двенадцать часов, а стол все еще был покрыт остатками десерта.

— Скажи мне, Барнет, — начал Барбассон после вкусного завтрака, который привел его в прекрасное расположение духа, потому что оба несколько злоупотребили прекрасным бургундским, — скажи мне… у меня накопилось множество идей, и мне хочется, чтобы ты одобрил их.

И он налил себе вторую чашку душистого мокко, отливавшего золотистыми искрами.

— Как и мне, Барбассон.

— Зови меня Мариусом, хочешь? Как-то приветливее… Ты мой друг, не правда ли?

— Идет на Мариуса, — отвечал Барнет с сияющим лицом, — с одним условием.

— Чтобы ты звал меня Бобом, это нежнее; ты мой друг, как и я твой, не так ли?

— И получается два друга.

И приятели расхохотались с тем глупым видом, какой бывает у людей, дошедших до границы опьянения.

— Условие заключено, — сказал Барбассон, — ты будешь звать меня Мариусом, а я тебя Бобом.

— Я говорил тебе, мой милый Мариус, что у меня в голове скопилась куча проектов, относительно которых мне хотелось бы знать твое мнение.

— И я, как ты, мой милый Боб, — отвечал марселец, — если бы ты мог видеть все мысли, которые шевелятся у меня в мозгу, их… их как звезд на небосклоне… Как ты находишь, однако, удобно нам здесь рассказывать или нет… Эта лампа прожигает мне череп, а с меня довольно и моих идей, которые сталкиваются, переталкиваются… К тому же я не нахожу нужным, чтобы Сами присутствовал при нашем конфиденциальном разговоре… Не пройтись ли кругом озера? Разговаривая о своих делах, мы можем употребить с пользой время и наловить превосходных лакс-форелей… недурное блюдо к ужину.

— Браво, Мариус! Не считая того, что мы подышим свежим воздухом, насладимся прекрасной природой, голубыми волнами, обширным горизонтом, листьями лесов, мелодичным пением птиц…

— Я не знал, что ты поэт, Боб…

— Чего ты хочешь? Можно разве вдохновиться, когда живешь в норе?

— Возьму только карабин и сейчас к тебе…

— Вот еще, Боб, погоди… Никакого оружия, кроме наших удочек.