В трущобах Индии

Полный диск луны, медленно плывший среди золотистой пыли беспредельных пространств, освещал серебристыми лучами этот океан зелени и цветов, откуда, подобно островам, выглядывали четырехугольные башни, террасы из белого мрамора, полуразрушенные купола, колонны и портики — остатки роскошных зданий этого города, который современные ему поэты называли «городом чудес». История его походит на главу из «Тысячи и одной ночи».

Историк рассказывает, что Феришта-Магомет, сын Баязета II, низвергнув с трона своего отца, приказал, по обычаю всех Стамбульских калифов той эпохи, убить всех своих братьев, дабы не иметь ни одного соперника.

Но вместо младшего из них, Юзуфа, палачи убили, сами этого не подозревая, черкесского пленника, которым мать принца подменила последнего.

Юзуф жил, никому неизвестный, лет до шестнадцати, когда болтливость кормилицы, открывшей тайну его рождения, принудила его удалиться в Персию, где он получил от набоба Дели, с которым очень подружился, разрешение собрать войско, чтобы затем, по совету того же набоба низвергнуть браминское владычество, всесильное на Декане.

В тот час, когда он во главе своих войск отдавал приказание двинуться в путь, над его головой несколько минут парил гума, род коршуна, появление которого в таких случаях считается предзнаменованием великой судьбы; это вызвало взрыв энтузиазма у его приверженцев. Юзуф завоевал весь Декан и провозгласил себя императором под именем Адила-Шаха. Чтобы ознаменовать свое царствование, он заложил первое основание того города, развалинами которого мы теперь любуемся…

Ни малейшее дуновение ветерка не шевелило листвы деревьев и не давало даже тени движения всем этим остаткам прошлого.

Среди величественного безмолвия ночи кажется, что жизнь навсегда отлетела из этих мест и что перед вашими глазами одно из тех обширных кладбищ, где в тишине веков спят и воспоминания, и люди, и памятники, и боги. Но это впечатление, производимое развалинами и темнотой, скоро рассеивается, ибо, заглянув внутрь Мульке-Медан — развалины на равнине, — вы замечаете разбросанные там и сям, без всякого порядка дома, хижины и шалаши, указывающие, что люди не совсем еще покинули древний Беджапур.

Весь день был невыносимо знойный и душный. Индусы с наслаждением сидели теперь на пороге своих жилищ, курили и разговаривали в течение всех первых часов ночи, вдыхая полной грудью свежий и ароматный воздух, охладивший закаленную атмосферу.