Ваантан (СИ)

Любое отклонение на таких расстояния приведет к слишком большим потерям. И шире луч мы не сделаем.

— Хм… Какой неэффективный метод передачи энергии.

— Уж какой есть! Ты придумал что-нибудь?

— Думай, главное помни, что линия должна быть прямая.

«Геометр чертов», — хмыкнул про себя Алекс, отключая передатчик.

Единственная радость в его положении — время было. Зеранг не погибнет в ближайшие дни, раз Строитель до него добивает. Планета выдержит, возможно, даже получится вытянуть ее. Только медленно… очень медленно.

Но даже если это займет годы, они справятся.

А что касается долга Земли… тут у Алекса имелся сильный козырь — в смысле он мог намекнуть лорду-главнокомандующему, что либо тот решает вопрос с долгами землян, раз уж он о них знает и предлагал помощь, либо Алекс сваливает и решает проблему самостоятельно.

Вряд ли Варб откажется.

Вопрос был не в том, выживет ли Зеранг, а скорее, как долго продлится спасательная операция.

Хотя… тут он вспомнил, что Малован — не единственный совершенный мир в Кластере.

В общем, сроки также имели значение, и Алекс продолжил размышления.

— Может мне стать более проницаемым для потока? — задумался он вслух, но быстро откинул идею.

Сам-то он и так без проблем мог превратиться в неуловимое нечто. И тогда плазма ему не страшна. Но что делать с передатчиком, точнее с великими артефактами?

Перебирая варианты, Алекс неожиданно вспомнил о Зародыше и спутанных объяснениях Бакка, насчет хранящегося внутри пространства.

Достав артефакт, он вперился в него пристальным взглядом, но, разумеется, с ходу не обнаружил ничего интересно. Что, в общем-то, было закономерно — Бакк-то как-никак три года работал с Зародышем.

Однако Алекс уже знал о тайне Зародыша, и у него имелось серьезное преимущество перед Бакком за счет врат, ранга и просто иного набора навыков. Кто знает, а вдруг этого окажется достаточно?

Ну и о Мирам нельзя было забывать… Кстати, ей полагалось следить за бывшем митточевцем.

— Так, ну-ка расскажи, что ты выяснила об этой штуке, — спросил он спутницу, подняв камень.

— Ничего! Твой Бакк просто пялился в Зародыш. И постоянно молчал. Сложно понять, что именно он делал.

— Сложно понять, что ты тогда делала все эти три года.

— Не считай меня дурой, — высокомерно заявила Мирам. — Я считывала импульсы и реакцию Зародыша.