Вакансия: жена. И ничего личного

– Это месть такая, да? Подразнить и послать нафиг?

– Нет. Это была тренировка семейной жизни. Привыкай. Говорят, придется часто обламываться!

Он помог застегнуть молнию обратно. Вздохнул. Взъерошил волосы…

– Значит, не нравлюсь, да?

– Шансы есть. Но ты плохо стараешься.

– Давай пересаживаться, Даш. Иначе опять никуда не доедем.

Снова съехал с темы. Ну, и черт с ним! Сам себе злобный Буратино. А мог бы, между прочим, обсудить и договориться. Хотя бы о чем-то…

Поправила одежду и прическу, пересела на переднее, как и Пальмовский.

– Ну, так ты поделишься инструкцией, как мне стараться? – Я успела забыть про этот разговор, ушла с головой в воспоминания о том, как утром застала врасплох своим звонком мама. Пришлось на ходу выкручиваться и сочинять про премию, которую мне внезапно дали.

Она, конечно же, не поверила. Снова начала искать скрытые смыслы и переживать, что я куда-то вляпалась… Ох, мамочка, что ты запоешь, когда узнаешь все подробности…

– Интересный подход.

Он как будто даже не смотрел в мою сторону. Наблюдал за дорогой. Но не покидало ощущение, что сверлит своим взглядом…

– Я не жадничаю. Не сочиняй.

– Я сама не знаю, Слава.

– Да. Представляешь себе?! – Даже подкинуло меня на кресле от возмущения. От удивления. От безрассудности происходящего.

– Нет. Не представляю. – Он мотнул головой для убедительности.

– Ты все настолько перекрутил и испортил, что я теперь не знаю, что нужно сделать для исправления. Чтобы я могла относиться к тебе иначе! Понимаешь ты это, Слава?!

– Нет. Не понимаю. По-моему, я сделал все верно.

– Счастливый ты человек, Слава. Я по-хорошему завидую тем, кто никогда в себе не сомневается…

– Как же с вами сложно… с женщинами… Ни черта же не понятно!

Смешок, что вырвался против моей воли, был немного горьким и почти истеричным.

– Нам самим с собой сложно. И никто не может помочь в этом горе…

Так, вздыхая каждый о своем, мы доехали до офиса.

Молча поднялись в лифте. Даже не думая о том, что нельзя демонстрировать отношения, мы смотрелись рядом с Пальмовским, совсем как чужие люди, практически незнакомые. И совместный сон в одной постели никак на нас обоих не отражался.

– Вечером зайду за тобой. – Он бросил эту фразу и удалился, все такой же задумчивый, как и раньше.