Вакансия: жена. И ничего личного

Аля вбила в голову намертво именно такой порядок. Не дай Бог угостить ребенка чем-нибудь сладким, сразу прилетит что-нибудь тяжелое…

– Фуууу… Ты прямо как бабушка моя…

Ликование на детском лице поутихло. Но мимика парня, конечно, поражала: по нему было можно читать все мысли и эмоции, как по книге.

– Ну, молодец твоя бабушка, если так себя ведет.

– Так ты согласен стать моим папой-то? – Мы уже сделали несколько шагов от машины, видимо, в сторону кафе… И парень тут же остановился, задавая самый важный вопрос.

– Я же сказал: сначала пообедаем, а потом все обсудим.

– А можно я возьму тебя за руку?

Сердце противно екнуло. Этот мелкий манипулятор был обучен каким-то запрещенным приемам. Не иначе, как Настена советов полезных надавала.

– А ты не боишься с чужим дяденькой за руку ходить? Бабушка не говорила, что это опасно? Даже страшнее, чем ездить без кресла на машине?

– С тобой не опасно. Мне Настя сказала – ты хороший.

– А если ты ошибся? Или Настя?

– Она мне показала твою фотку. Только ты там в костюме был, важный весь такой… Поэтому и не узнал сразу.

Да что ж такое?! Как сказать «нет» маленькому, явно голодному человеку, если он идет с тобой рядом, держа за руку? И с надеждой заглядывает в глаза?

Задачка посерьезнее, чем самые сложные переговоры в суде…

– Послушай, Вов. – Для надежности остановился и даже присел, чтобы общаться лицом к лицу, а не сверху вниз. – Я вообще не в курсе, как это происходит. Ничего не могу тебе сказать.

– А ты узнаешь, да? Узнай обязательно! Мне моя фамилия не нравится. Я хочу другую…

Робкая надежда, что еще можно обойтись малой кровью, подняла голову…

– А что у тебя за фамилия? Почему ты хочешь ее сменить?

Тяжелое молчание и надутые губы. Отличная демонстрация всего, что он обо всем этом думает.

– Мда. Тебя можно понять. Я бы тоже расстраивался…

– Ну, вот! Настька же мне сказала, что ты умный человек! Она не ошибалась.

Прочесть бы ему нотацию, что не фамилия делает человека, а наоборот… Но что-то мне подсказывало, что Вован ее слушать не станет, а только разочаруется в этом взрослом не очень-то и умном человеке.

Остатки дороги до кафе мы прошли в задумчивом молчании.

– А можно картошку фри, пожалуйста, а? Я не хочу пюре… – Как ни странно, все остальные блюда парень одобрил, только на пюре застрял.

– Ну, это же вредная гадость, Вов. Пюре вкуснее.

– Я никогда не пробовал. Можно?

– Прямо совсем никогда? – Сердце опять противно дрогнуло.