Вампир, я не твоя (СИ)

— Может посидим вон на той скамейке?

Поскольку успех моей задумки зависел не только от денег, но и от информации, я решила расспросить кого-то, кто не так заинтересован в моём присутствии в замке (то есть, кого-то, кто не Дориан), о законах этого мира, о его правителях, возможно, о магах… Конечно, единственное, что меня на самом деле интересовало: где находится выход из вашего чудесного мира? Но вряд ли обычный кучер, по совместительству мечник, знает ответ на столь деликатный вопрос. И всё же, мало ли куда выведет разговор?.

— Поболтаем? — я включила всё своё обаяние на максимум.

— Никак нет, миледи, — Мёртон оторвал зубами кусок румяной пирожковой плоти и с аппетитом зажевал. — Сидеть на открытом месте нельзя.

— Почему? — спросила на автомате.

Впрочем, целый калейдоскоп картинок и недавних ситуаций: битва в холле, отравление редким ядом, наличие множества противников нашего брака — стали ответом на мой вопрос. Просто раньше это воспринималось, как сон или как бред Дориана, а теперь оказалось реальностью.

Тут меня обуял страх… самый настоящий, первобытный. Он сковал и обездвижил. Но лишь на мгновение — выброшенный в кровь адреналин заставил шевелиться.

— Скорее в карету, — поторопила я Мёртона, который и так вёл меня к выходу с рынка.

— Не беспокойтесь, миледи, — безошибочно уловил моё состояние страж. — При свете дня, да при честном народе вам ничего не грозит.

Глава 24 Сюрприз от графа

По дороге в замок я только и делала, что вспоминала в мельчайших подробностях всё произошедшее со мной с тех пор, как я миновала портал.

Время близилось к полудню.

За несколько часов обратного пути я измучила себя догадками, версиями и всевозможными планами своего побега из замка. И хотела только одного — упасть в кровать и уснуть.

Но как только карета подъехала к замку, от сонливости ничего не осталось.

— Где милорд? — ворвалась я в холл с намерением вывалить большую часть вопросов, которые меня теперь терзали, на хозяина замка.

— Э-э… — незнакомый страж, русоволосый с простоватым лицом, кажется, сам хотел наброситься на меня с расспросами.

Остановил его подоспевший Мёртон:

— Ханс, это миледи Грейворк.

В моё лицо впились два серых, близко посаженных глаза.

— Прошу прощения, миледи, — расшаркался Ханс. — Милорд у себя.