Онлайн-библиотека книг
Слышно было, как вслед нам ахнули, возмущённые таким вопиющим нарушением этикета. Впрочем, Клара не осталась без кавалера, потому что почти сразу её пригласил на танец какой-то высокий мужчина в костюме императорского министра.
Мы с Шелли остановились у стены, откуда было удобно наблюдать за остальными.
– Вы сказали, здесь весь высший свет? – уточнил Шелли."
"– На это рассчитывал Карнштейн. Чтобы Остерман точно узнал, что его дочь в столице и выдал себя, пытаясь…
– Детектив, – в голосе его прозвучало такое разочарование, что мне стало стыдно.
– Что?
Как мне стыдно, что я тогда не понял.
– Детектив, но как Остерман узнает, что его дочь здесь?
Не успели мы договорить, как нас вдруг перебили.
– Простите, господа…
Рядом точно из-под земли возникли двое юношей в костюмах павлина и вампира.
– Вы сказали “Остерман”? Вы, вы же, господин, – обратился ко мне «вампир», – только что танцевали с Кларой Остерман?
– Это она! – едва ли не теряя сознание, воскликнул «павлин», и я невольно пригляделся к нему не только потому, что костюм был до ужаса нелепый, но и потому что лицо показалось знакомым.
Мы уставились друг на друга, я нахмурился.
– А вы кто такие?
– Мы её друзья!
Тогда я всё ещё не догадывался, что готовилось, да ещё эти музыканты пиликали на скрипках и клацали по клавишам, дамы щебетали как сороки. Могу найти себе тысячу оправданий.
Перья, хрусталь, свечи и бриллианты кружили перед глазами с такой скоростью, что можно было ослепнуть.
И топот каблуков, и смех, и аплодисменты гостей, что хлопали друг другу, радуясь тому, как они же и исполнили танец.
Думаю, Шелли и сам не до конца понимал, что произойдёт. Никто из нас не понимал.
А потом стало поздно.
Случилось всё и сразу. Выстрел. И крик. Клара упала на ступени, хватаясь за живот. Сумароков застыл над ней с револьвером в руках. И вспышка яркого света, и тысячи голосов.
Мы все – все до единого, кто был в зале, – ослепли на время. А потом свет так же резко погас.
А потом загорелся один-единственный светильник прямо посреди зала.
И мы все увидели девушку в алом платье и мужчину возле неё.
Они застыли, точно дети, осаленные в игре в горелки.
