Зашли к немцам в тыл километра на два, сделали засаду где на дороге, взяли одного или двоих и тихо, спокойно вернулись назад. Считай дело сделано.
– Да Федя! Жизнь наша непостижима и разуму не доступна. Сегодня ты жив, а завтра тебя нет! Кому как война! Кому она война, а кому хреновина одна! Они нам приказывают, а мы выполняем! У меня всегда внутри поднимается протест, когда я вижу, как полковой лицемерит и ищет шкурную выгоду лично себе. Сам он из блиндажа выйти боится. Разговор разговором. Все это только слова Ты давай иди готовь ребят.
А мы с Серегой здесь полежим и покурим.
На душе у меня кошки скребут. Люди идут на высоту, а я как бы остался в стороне и это не мое кровное дело. Теперь меня совесть гложет и сомнение (скребет). Да! Не очень вышло все гладко и хорошо. Вот ведь как получилось. 16-го февраля я составил схему оборонительных сооружений противника перед фронтом нашего полка и послал ее в штаб. На схеме я стрелкой указал направление ночного поиска взвода пешей разведки. Подлинник схемы остался у меня, и он лежит в планшете.
А копию я отправил капитану Чернову. Я полагал по указанному в схеме направлению провести ночной поиск и взять языка. Чернов показал мою схему командиру полка и предложил взять высоту. Сразу двух зайцев убьем. Возьмем высоту, и контрольные пленные будут. Командиру полка эта идея пришлась по вкусу. И он стал требовать от меня решительного штурма. Они знали, что разведчикам не положено штурмовать высоты. Но надеялись, что они со мной быстро справятся вдвоем. Воt так я и остался, как бы в стороне.
В ночь на 21-ое мы должны пересечь снежную низину, которую с двух сторон немцы освещали ракетами и простреливали из двух пулеметов. План у нас такой (объявил я собрав всех в круг): мы идем цепью броском через поле, падаем при первой ракете и лежим уткнувшись в снег, ждем пока она погаснет. Затем рывком поднимаемся и бежим дальше. Через поле нам нужно будет сделать два броска, если немцы нашу перебежку не заметят. А заметят всем нам хана! Из лощины обратно не уйдешь.
Важно незамеченными добраться до опушки леса. Там дело спокойней пойдет. По лесу двигаемся гуськом, друг за другом. Выходим немцам в тыл со стороны высоты, занимаем исходное положение. Группа Рязанцева располагается справа, взвод дивизионной разведки вытягивается цепью влево, с таким расчетом, чтобы охватить все блиндажи. Осматриваемся пару минут и по моей команде бросаемся сверху на блиндажи. Стрельбы никакой. Никаких там Ура! В каждую трубу опускаем по гранате.
