Онлайн-библиотека книг
– Нам продукты получить нужно. Сутки на исходе, а мы ничего не ели – пожаловался ст. лейтенант.
– Аттестат у вас есть?
– Конечно, есть! Что мы дезертиры?
15."
"Дежурный лейтенант забрал документы и аттестаты м вышел. Вскоре он вернулся, вернул нам все (назад) документы и сказал – Поездом вы дальше не поедите. Мы звонили в госпиталь, он рядом здесь в трех километрах, вас там примут. Поведет вас туда наш солдат. Ваши направления он сдаст в приемную часть. Желаю выздоровления и хорошего лечения. Молчаливый пожилой солдат посмотрел на нас исподлобья и нахмурил брови (сурово).
– Вот и пришли! – сказал солдат, показывая на деревню. – Офицеры, а ведете себя как мальчишки. Незаконно в поезд сели, людям задали лишнюю работу! Никакого порядка нет. Куда захотели, туда и поехали.
– Это ты прав, нас немного в сторону занесло. Еы солдатик на фронте был? Знаешь что это такое?
– У каждого своё место и каждый отвечает за своё.
– То-то и видать! Тыловик фронтовику, как свинья товарищ лошади! Кончится война, скажешь на фронте был. А мы завшивели в окопах, дыхнуть тишины тыловой захотели. Побаловаться захотели. Это от бессонных ночей многие недели подряд. Ты вот каждую ночь под крышей, на кровати и в тепле храпишь, а нам периной служит снег и поесть не каждый день приходится. Навоюешься вдосыть, выдохнешься как загнанная кляча, шарахнет как следует, вот и соображаешь как быть.
– А куда же вы ехали?
– В Москву перед госпитализацией дня на два решили махнуть.
Ст. лейтенант дернул меня за рукав, чтобы я не рассказывал о наших планах солдату. Тыловой – не окопный солдат. Пойдет и доложит начальству.
16.
А у меня идея. Я разведчик… узнать, что скажет солдат о патрулировании поездов и машин.
– Ты вот солдат толкуешь мальчишество. А я с сорок первого на передке. Дали бы отпуск, сел бы я в купейный вагон и без всякого баловства лежал бы на нижней полочке.
– Да на Москву лучше поездом не суйся. Наши с командировками машинами едут. Ну вот и дошли! Сейчас сдам ваши документы в приёмный покой и можно обратно идти!
– Давай документы. Мы сами дойдем. Ты сам же сказал, что по железной дороге все равно не прорвешься.
– Ладно! Нате! Идите сами!
– Ну и дела! – сказал я старшему лейтенанту, когда мы немного отошли,
– У простого солдата прощения приходится просить.
