Ванька-взводный

– Это тебе еще зачем?

– Война кончилась, товарищ маршал. Немцы сопротивление не оказывают. Сдается фолькс-штурм. Сопротивляется только СС и гитлерюгенд. Так что гарнизон мы уже уполовинили.

– Ладно. У тебя – двое суток, подойдет 70-я армия и так чикаться, как ты, не будет. У тебя сил в семеро больше! А вторые сутки не можем доложить в Ставку, что продолжили преследование Венка. Впрочем, может быть, ты и прав, понимаю, что ситуация в корне изменилась.

– За Венком мы следим, с воздуха, там серьезные изменения в численном составе.

– Вот и заканчивай здесь побыстрее. Сил и средств у тебя достаточно.

– Есть. Пленных из фольксштурма я отправляю Альтенграбов, а куда бывших «наших», в кавычках, отправлять?

– К нему! – Рокоссовский показал большим пальцем направление. – Впрочем, смерти от пули они не заслужили. Так, в Маделе есть тюрьма, пока туда, там СМЕРШ фронта с ними разбираться будет. Сводку по потерям дай.

– Вот, пожалуйста, – послышался голос начштаба из-за спины Ивана.

Иван взял справку и передал ее Константину Константиновичу.

– А говорил, «Потерь нет».

– Это на марше 6-я дивизия на танковую засаду наскочила. Но и там всего 18 человек погибших и 67 раненых. Да, после Победы, обидно, конечно.

– Да нет, молодец, марш провел отлично, и по времени, и по потерям. Вчера на твоих представление в Москву отправили за бои у Кроль-опера и у бывшего Рейхстага. 25 человек на звание Героев.

– Ну, это еще рано, могут не утвердить, такое уже бывало, неоднократно.

– Ничего-ничего. Главное, Иван Иванович, живой, зигзаги на погонах, грудь в орденах, а ведь от Бреста до Москвы, а оттуда, вон, до Магдебурга дошел. – Маршал похлопал ладошкой по левому погону Ивана. – В общем, ты меня понял, Иван Иванович? Резину особо не тяни, выбивай стервецов из города, и вперед на Ганновер. Будем надеяться, что более боеспособных частей у немцев не будет.

Они перешли в комнату, которая служила комнатой отдыха Ивану.

– У тебя выпить есть? – спросил маршал. – Кстати, по данным разведки, где-то здесь, на севере, в районе Гамбурга и Любека, находится Гиммлер. Из Берлина он выехал, как только твои части подошли к Фридрихвельде. Через шведов старается ускорить высадку союзников, чтобы сдаться им. Гитлер объявил его и Геринга предателями.