Вариант "Омега" (Операция "Викинг")

Шлоссер и не знал о существовании в Таллинне такого тихого и уютного заведения.

Костя в куртке официанта подобострастно ждал, пока Шлоссер изучит меню, даже глаз не поднимал на Скорина. Шлоссер щелкнул пальцами, Костя подошел ближе.

- Так, так. - Барон тыкал в меню. - Чтобы было горячее. И бутылку русской водки.

- Черной икры, - неожиданно добавил Скорин.

- Слушаюсь. - Костя поклонился Шлоссеру, на Скорина он старался не смотреть.

Когда стол был накрыт, барон взял запотевшую бутылку водки и спросил:

- Я вижу, вам не чужды маленькие человеческие слабости, капитан?

- Я старший лейтенант государственной безопасности, - ответил Скорин.

- В переводе на общевойсковое звание - майор.

Шлоссер с удивлением посмотрел на него, наполнил рюмки.

- Зовут меня Сергей Николаевич. - Скорин слегка привстал и поклонился. - Барон, вы можете знать мое настоящее имя.

Они посмотрели друг другу в глаза, выпили, съели по маслине, закурили. Синхронность движений этих абсолютно разных людей посторонний наблюдатель мог бы расценить как свидетельство многолетней дружбы.

Выдержав небольшую паузу, Скорин мягко улыбнулся и добавил:

Шлоссер вновь наполнил рюмки, Скорин сделал отрицательный жест.

- Пить мы сегодня не будем. - Он отставил рюмку барона в сторону. - Вам необходим трезвый ум, Георг фон Шлоссер.

Шлоссер, прищурившись, взглянул на Скорина.

- Я приехал в Таллинн не ради абверкоманды, а к вам. Лично к майору абвера барону фон Шлоссеру. Делайте соответствующие выводы, барон. - Скорин провел рукой по волосам.

И Костя подкатил тележку с сигаретами.

- Не понял. - Шлоссер, отстранив руку Скорина, забрал свою рюмку.

Скорин медленно, подчеркнуто медленно взял с тележки несколько пачек сигарет, бросил на стол, протянул Косте крупную купюру. Получив сдачу, Скорин поднял руку, демонстративно смяв деньги, сунул их в карман.

- Вы нарочно провалились тогда?

Шлоссер смотрел на Скорина и видел его словно в перевернутый бинокль. Хотя барон знал, что стоит ему протянуть руку, и он может дотронуться до русского разведчика, но иллюзия была полной.

Скорин сидел где-то далеко-далеко. Русский сидел не на другой стороне стола, а на другом конце света. Но барон его очень хорошо видел. Шлоссер еще не мог проанализировать всю операцию с самого начала, но подсознательно уже понимал, что где-то допустил серьезный промах... Где?

- Не для вашего успокоения, барон, а в качестве констатации факта должен сказать, что вы совершенно не виноваты.