Вариант "Синий" (СИ)

Естественно, в Стамбуле, едва города достигли слухи о высадке русских, возникла паника. Люди штурмом берут паромы, пассажирские судёнышки, катера и лодки, чтобы переправиться на азиатский берег либо в районе самого Стамбула, либо где-нибудь на побережье Мраморного моря.

Не меньшая суета, граничащая с паникой, в министерстве обороны. Подобный удар по району древней столицы турецкого государства стал неожиданностью и здесь.

— Неужели наше правительство и после этого не объявит России войну? — возмутился капитан Питерс, встретивший в дипломатическом представительстве посла Великобритании.

Тот недовольно засопел, поскольку уже побывал в Министерстве иностранных дел страны пребывания, и ответил неопределённо:

— Нужно дождаться инструкций из Форин Офис, чтобы я мог ответить вам на этот вопрос.

Какие могут быть игрушки?

И буду счастлив я вполне.

Мои вчерашние подружки,

Мои вчерашние подружки,

Напрасно плачете по мне.

Не плачьте, сердце раня,

Смахните слезы с глаз.

Я говорю вам «до свиданья»,

Я говорю вам «до свиданья»,

А прощанья не для нас.

Иветта, Лизетта, Мюзетта,

Как солнцем июльским, согрета.

Покуда со мной вы, клянусь,

Иветта, Лизетта, Жозетта,

А следом за этими строчками песенки из кинофильма в голове Андрея Мокшанцева «проснулись» следующие:

Так думал молодой повеса,

Летя в пыли на почтовых,

Всевышней волею Зевеса

Наследник всех своих родных.

Вспомнил Александра нашего Сергеевича и улыбнулся незнакомке в трамвае, явно принявшей улыбку мужчины в форме сотрудника Госбезопасности на свой счёт.

Нет, эта женщина тоже симпатичная, но мысли Андрея совсем о другой, утренний разговор с которой закончился как раз решением пойти в ЗАГС. Ну, не убереглись они с Ниной. И теперь у них появится маленький, а чтобы не оставлять ребёнка безотцовщиной, Мокшанцев и принял решение официально оформить отношения. А под стук трамвайных колёс и всплыла в памяти несерьёзная песенка о серьёзном жизненном решении.

А что? Он разведён, Нина вдова.

Решение о том, что останется тут, в мире, где на днях закончился 1942 год и начался 1943, он принял давно. К избраннице успел присмотреться за то время, пока они жили нерасписанными. Теперь распишутся. К сложному быту Москвы военного времени уже привык, в коллективе Николая Сидоровича Власика обтесался. Работы ему до самой пенсии хватит, даже если его окончательно «сдвинут» с должности «летописца советского руководства».