Варяжская правда

Обещайте честно и щедро дань ему слать – он вас под себя возьмет.

– Ага… – Бородач поскрипел мозгами, осмысляя. – А, это… Выходит, еще и этому Ольбарду давать?

– Не еще ему, а только ему! – поправил варяг.

– Не-е! – мужик замахал руками. – Все они одинаковы! Меха берут, а как помочь – их нету! Бона…

– Сергей, тресни его по маковке, – приказал Рёрех.

Духарев замахнулся – мужик испуганно прикрыл голову.

– Ольбард поможет, – сказал варяг. – Скажете: я вас прислал. Рёрех-ведун.

– А Киев с Новгородом его послушают? – спросил бородач, опасливо покосившись на палку в руках Духарева.

– Послушают. Его проще послушать. Дружина целей будет. Подарки где?

– Да в лодке, – сказал бородач.

В глазах у него проступила легкая печаль оттого, что халява не прокатила.

– Так несите сюда! – велел Рёрех. – Или мне на деревяшке за ними скакать?

Бородачи молча поднялись и канули в темноте.

– Варенье у них доброе, – мечтательно проговорил Рёрех. – Клюковка, орешки с медом…

– Слушай, – неуверенно проговорил Духарев.

 – А ты уверен, что этот Ольбард не обдерет их, как остальные? Ему-то какой смысл с Киевом и Новгородом ссориться?

– Потому что я попросил, – варяг шевельнул костлявыми плечами.

– А вдруг он тебя не послушается?

– Ясное дело. Он же мой племянник.

Серега бежал по лесу. Это был очередной урок, который задал ему Рёрех. Просто бежать по лесу. Просто бежать по лесу ночью, в полной темноте. Просто бежать по лесу в полной темноте до маленького, метров сто в поперечнике, озерца, обойти его кругом (притом что один конец озерца упирается в болото), а затем вернуться обратно к дубу.

Всего-то километров семь в один конец. Пустяковое дело.

– Пустяковое дело, – сказал Рёрех. – Вот кабы тя леший устерег да кружить начал, так нет тут лешего.

– Почему? – механически поинтересовался Духарев.

– Да прогнал его волох. Поссорились они.

– Понятно, – пробормотал Серега.

Ну ясно же тебе сказали: обычное дело! Ну поссорились леший с волохом, и волох лешего прогнал. Ну нормальные разборки.

Повторяем для тупых: волох, реально, лешего покруче будет, вот и прогнал. А без лешего по ночному лесу шастать – ну просто нечего делать. То есть даже смешно об этом говорить. Семь кэмэ в одну сторону, почетный круг через болото, и семь кэмэ обратно. Пустяки, в общем. Любому волку или там медведю дошкольного возраста, лет четырех-пяти то есть от роду, – как два пальца. А Серега Духарев, он, блин, три курса универа прошел, причем два раза.