Варька

Варька уже открыла рот, чтобы обхамить нахального типа, но тут же закрыла, поскольку осознала, в чем этот самый тип перед ней сидит. На вальяжно развалившемся в кресле черте уже был не какой-то там провосточный наряд. И даже не какой-то там прозападный. На черте было то, что Варька меньше всего ожидала увидеть, – черные джинсы и мешковатый джемпер крупной вязки.

– Вау! Ты откуда надыбил добро такое? – искренне восхитилась Варька, выползая из-под одеяла.

– Нравится? – Черт встал, прошелся по комнате и выжидательно посмотрел на Варьку.

Та, уже забыв о том, что она – робкая средневековая дама, ходила вокруг Рюрика в ночнушке и нимало этого не стеснялась.

– Круто! А у тебя случайно дамских нарядов такого же типа нет?

– Случайно есть. А ты что, надеть рискнешь? – несколько растерялся от такого не графского поведения черт.

– А то…

– А вечером к гостям выйти в таком прикиде? Рискнешь? – подначил Варьку Рюрик.

– Запросто! А что? Много гостей ожидается? Кто? Нечисть?

– Нечисть, нечисть… так что, ты сегодня будешь одеваться или как?

– Буду.

Только ты отвернись для разнообразия.

Черт ехидно оглядел ее с головы до ног, но связываться не стал. Только за ним закрылась дверь, как в комнату тут же вошла Диса, помогла Варьке одеться и проводила графиню к ожидавшему ее за завтраком черту.

Варька села за стол напротив Рюрика, с удовольствием вдохнула горьковатый запах кофе и с не меньшим удовольствием заметила в руках черта сигаретку. Кофе под табачный дым! Классно! Легкий завтрак, фрукты, ухмыляющийся, ехидный тип, составляющий ей компанию… Варька уже тысячу лет не чувствовала себя настолько классно.

И рядом с кем? Рядом с собственным потенциальным убийцей! Варька попробовала стряхнуть с себя это неясное ощущение и попытаться испытать хотя бы положенный в таких случаях элементарный страх, но ничего не получалось. Она просто забыла о том, что еще вчера чувствовала себя рядом с чертом неуютно. Рюрик как-то так сразу ее к себе расположил, что она и оглянуться не успела. И уж конечно, вряд ли графиня сумела бы объяснить, почему почувствовала к черту симпатию. Может, потому, что ей всегда нравились ироничные люди, а такую циничную ехидину и язву, как Рюрик, было еще поискать? Неторопливые, отрывистые фразы по сорок смыслов в каждом слове, короткие смешки в ответ на ее удачный прикол, сопровождаемые быстрым взглядом исподлобья, и еще чуть приподнятый уголок губы, заставляющий ухмылку съезжать вправо и делающий эту самую ухмылку абсолютно хамской."

"Варька улыбнулась.