Как ни странно, за все эти годы, проведённые на этом проклятом тропическом острове, Пётр всё ещё прекрасно помнил тот день, когда он познакомился с этим орком. Стыдно сказать, но тогда, сидя в сыром и вонючем трюме пиратской галеры, он, «Пэгыттын», реально думал, что является сильным шаманом. Вот только Дарг-Хур-Доха всё расставил на свои места, на примере доказав, что навоображавший себе невесть что чукча на самом деле – пустое место.
Парень не знал, какие именно цели преследовал его самозваный учитель и как оказался пленником у пиратов, но стоило только орку того захотеть, как ситуация резко изменилась.
Послушные воле Великого Шамана духи в один миг захватили всех на тёмно-эльфийском судне, почти мгновенно подавив волю разумных, не тронув лишь своего хозяина и Петра, которого орк назвал своим учеником. А заодно подсадил к нему какого-то Келе, который мигом отрезал его от того, что русские называли «Океаном Сансары». Фактически Пётр превратился в обычного неодарённого человека, разве что немного чувствительного к миру духов.
Затем ещё два дня, сменив курс, одержимые марионетки вели галеру в неизвестном направлении, чтобы в конце плавания выбросить свой корабль на прибрежную мель этого острова."
"Первый год обучения у «учителя» ушёл на то, чтобы усмирить строптивого ученика. Нет, Пётр не сдался и до сих пор мечтал поквитаться с орком за всё произошедшее, однако, пусть и не сразу, но дошло, что покуда он не станет сильнее, Великого Шамана ему не одолеть.
Ни один из «Духовных Путей», которым учили его дома, не откликался на зов юноши, чужие духи молчали и не отзывались на камлания, а будучи фактически обыкновенным человеком, противопоставить орку он ничего не мог, к тому же за любое неповиновение Дарг-Хур-Доха наказывал своего ученика болью. Так что Петру только и оставалось, что временно смириться и начать, наконец, внимать насильно впариваемой ему мудрости.
Хуже всего было не это. «Кнут» Великого Шамана можно было и перетерпеть, но вот «пряник», который имелся у орка и которым он постоянно дразнил молодого человека, потихоньку начинал сводить его с ума.
А точнее, тот факт, что дотянуться до него парень просто не мог. Пока что не мог, но с каждым днём шансы на то, что он достигнет желаемого, стремительно уменьшались.
Дома, на Земле, Пётр считал женщин чем-то второсортным, не нужным тому, кто встал на путь охотника или тем более шамана.
