Из-за этого моя ученица всё свободное время истязала себя тренировками, вот только систематическими их назвать было трудно, а потому развитие было медленным, а саму её вечерами приходилось отлавливать и уносить на руках, потому как передвигаться Юнь Ми уже не могла.
Следовало признать, что в вопросах обучения мне просто не хватало опыта, а потому ребёнок хотя и выполнял всё, что я говорю, но объяснить ей, что отдых для тела так же важен, как и упражнения, у меня никак не получалось. Хорошо хоть для неё я был каким-никаким, но авторитетом, и если надавить, то она меня слушалась, в то время как мнение остальных вообще игнорировала, хотя и делала это по всем правилам этикета.
Ну а с другой стороны – прогресс всё же был виден, и я вполне мог гордиться как собой, так и старательностью Юнь Ми.
– Брать уцыть я? – спустя где-то минут пятнадцать вновь завела свою шарманку кентавриха. – Просить…
Хлопнув рукой по собственному лицу, я медленно, с тихим стоном, провёл ладонью вниз, а затем покосился на девушку глазом сквозь раздвинутые пальцы.
Видимо, устав стоять на качающейся палубе, кентавра легла на живот, по-конски подогнув под себя передние ноги, и со всей серьёзностью смотрела на меня. Непробиваемое упрямство действительно было расовой чертой этих созданий, и если уж какая-то мысль пришла им в голову, то выбить её оттуда оказалось адски сложно.
Вот и в моём случае, похоже, было проще всего выбросить четвероногое за борт и сделать вид, что так оно и было, нежели заставить её отстать от меня! И ведь, зараза, очнувшись после нашего небольшого родео, эта цаца решила вдруг, что я должен её обучать.
Чему – вопрос не ко мне, потому как, прискакав в поместье с такими предъявами, она удивила не только мою скромную персону, но и всю остальную братию, включая и своих копытных подруг.
Я-то вроде бы как отбрехался, сказав: «Гвардейцев – не обучаю!», но оказалось, что ради своей идеи фикс кентавриха готова на многое, в том числе и порушить свою собственную карьеру.
Так что уже через три часа деваха каким-то образом официально сложила с себя капитанские полномочия и ушла из действующей армии."
"Ну, ушла и ушла – сама себе злобный четвероногий буратино! – подумал я и, видя негативное отношение к копытной брюнетке со стороны Янки, сослался следующим отказом на то, что, мол: «Ты поклоняешься Пресветлому Виву, а я имею дело только с последователями Иви!» Вот, честно говоря, думал, что в этот раз отвязалась.
