И всё равно матушке Юнь Ми этого хватило, а вот господин Багуа, который был значительно сильнее, выжил, но потерял связь с собственным источником и обзавёлся кучей хронических болезней.
Но на этом чёрная полоса для семьи не закончилась. Спустя два года ещё один «Высунь И Высуши» в полуфинале Большого Имперского Турнира серьёзно ранил Лю Ю, старшего брата моей ученицы, с которым я нынче водил приятельские отношения. До сих пор, спустя уже почти пять лет, он кашляет кровью и начинает задыхаться после самых незначительных физических нагрузок.
Вылечить его вроде как можно, но для этого нужна какая-то особая «пилюля», что стоит как чугунный мост и на покупку которой уйдёт всё состояние семьи. При этом господин Багуа не раз уже предлагал Лю Ю её приобрести, но тот неизменно отказывался, не желая ввергать родителя, а особенно Юнь Ми, в нищету.
Они, эти наднебесники, вообще на разнообразных «пилюлях» и прочей алхимии помешаны и просто не мыслят как физического, так и сансарно-энергетического развития без подобного допинга.
Но, признаться честно, я приятеля, конечно, посмотрел, однако из-за отсутствия у аборигенов стандартных чакр, а потому сильно изменённой системе меридиан в теле, ничего собственно не понял и не стал лезть с советами.
Вот так и получилось, что единственную здоровую в семье Юнь Ми оказалось просто некому учить. Точнее, можно сказать, что-то брат с отцом могли, конечно, показать, но, как я понял, местные воинские школы были заточены на манипуляции с источником и приёмы на его основе, а потому нужна была наглядная демонстрация.
Родственники, конечно, покупали ей «укрепляющие тело» пилюли, и она даже достигла четвёртого уровня укрепления этого самого тела, что соответствовало примерно открытию первой-второй чакры, но дальше дело не шло. Приглашать же учителей со стороны господин Багуа опасался, те же, кому он мог доверять, были из его клана и ломили при этом неподъёмную цену.
Тут тоже следовало бы уточнить, что хотя репутация и социальный статус семьи откровенно хромали на обе ноги, к девочке это относилось лишь косвенно. Во-первых, женщин могли безнаказанно оскорблять только другие дамы, а во-вторых, вся её вина была лишь в том, что она: «Сестра мусора и дочь мусора!» А в остальном к маленькой красавице претензий, в общем-то, не было, да и вообще – завидная невеста, за которой уже сейчас парни косяками бегали.
